ГАПОН Георгий Аполлонович

Священник, организатор «Собрания русских фабрично-заводских рабочих Санкт-Петербурга» в 1904 г., инициатор шествия 9 января 1905 г. к Зимнему дворцу для вручения Николаю II петиции от рабочих. После Кровавого воскресенья был лишен сана, скрылся и бежал за границу. Амнистирован в октябре 1905 г., вернулся в Россию, вступил в контакт с Петербургским охранным отделением и пытаясь продолжать свою двойную игру.

Изобличен как провокатор Рутенбергом П.М. и 28 марта 1906 г. в Озерках под Петербургом, приговорен "группой товарищей" к смертной казни и повешен.

...«Гапон был священник, и я никогда не слышал такой замечательной службы. Он служил, как артист. Ведь и не веришь сам во все это, а как послушаешь его, хочется слушать. Голос у него красивый, баритон, служит с увлечением. Помню раз был момент. Служил Гапон и почему-то читал молитву об убиенных воинах. Обернулся я, а люди плачут...»

...«Росту он был среднего, худощав, сложения нежного, женственного; смуглый брюнет, с тонкими продолговатыми, довольно правильными чертами лица, обрамленного пушистыми волосами, с пушистыми небольшими усами и небольшой бородкой - Гапон мог считаться очень красивым и во всяком случае оригинальным и интересным с внешней стороны. Но лучше всего у него были глаза - глубокие, казавшиеся черно-темными, как ночь, - они были замечательно выразительны, если в них всмотреться попристальнее...».

...«На встречающихся с ним в первый раз Гапон производил, если ему нужно было, самое лучшее впечатление, а на женщин - обаятельное; но это было не впечатление серьезного, глубокого ума, а милого, обаятельного, сметливого и, пожалуй, смелого человека. Мужчины обыкновенно говорили приблизительно: "а он славный, ловкий, по-видимому, дельный и умный", - а женщины: "какой он славный, милый, красивый...».

...«Гапон любил жизнь в наиболее элементарных ее формах. Он любил комфорт, женщин, роскошь и блеск, словом, то, что можно купить за деньги. Но одного этого, конечно ж, было мало, чтобы Георгий Гапон превратился в предателя...».

УБИЙСТВО ГАПОНА

По версии Рутенберга

По версии Рутенберга, он решил убить Гапона после того, как тот разоблачит себя в присутствии свидетелей-рабочих. Для исполнения убийства Рутенберг пригласил известных лично ему рабочих-эсеров, участников шествия 9 января. По словам Рутенберга, они сначала отказывались верить его рассказу, но Рутенберг предложил им убедиться самим, подслушав его разговор с Гапоном.

28 марта 1906 года Рутенберг заманил Гапона на пустующую дачу в Озерках, где его уже поджидала группа боевиков, подслушивавших за дверью. Рутенберг вновь завёл с Гапоном разговор о связях с Рачковским, причём оказалось, что Рачковский вместо 100 тысяч готов дать Рутенбергу и Гапону только 25 тысяч. Гапон убеждал Рутенберга соглашаться на эту сумму: «Надо кончать. И чего ты ломаешься? 25000 - большие деньги… Ты напрасно не решаешься. И это за одно дело, за одно. Но можешь свободно заработать и сто тысяч, за четыре дела».

Говоря о судьбе людей, которые могли быть арестованы в результате выдачи Рутенбергом террористических актов, он повторил, что их можно предупредить, и они успеют скрыться. Если не успеют, то можно организовать побег им из тюрьмы. А если и этого не удастся, и кого-то повесят, то тут уже ничего не поделаешь: «Посылаешь же ты, наконец, Каляева на виселицу?» Далее Рутенберг перевёл разговор на судьбу крупных сумм денег, пожертвованных ранее Гапону финским революционером К. Циллиакусом, фигурирующим в книге под псевдонимом «Соков», на организацию революционного восстания в Петербурге.

Гапон отвечал неохотно, но объяснил, что значительную часть денег потратил на содержание семей рабочих, которых он поддерживает каждый месяц. По словам одного из рабочих, подслушивавших в это время: «Он говорил так нагло, нахально, что ушам своим мы не верили. Для нас вскоре стало несомненно, что Гапон стал изменником, что он продался тайной полиции». По версии Рутенберга, разговор завершился таким диалогом:

«- А если бы рабочие, хотя бы твои, узнали про твои сношения с Рачковским?
- Ничего они не знают. А если бы и узнали, я скажу, что сносился для их же пользы.
- А если бы они узнали всё, что я про тебя знаю? Что ты меня назвал Рачковскому членом Боевой Организации, другими словами - выдал меня, что ты взялся соблазнить меня в провокаторы, взялся узнать через меня и выдать Боевую Организацию, написал покаянное письмо Дурново?
- Никто этого не знает и узнать не может.
- А если бы я опубликовал всё это?
- Ты, конечно, этого не сделаешь, и говорить не стоит. (Подумал немного.) А если бы сделал, я напечатал бы в газетах, что ты сумасшедший, что я знать ничего не знаю. Ни доказательств, ни свидетелей у тебя нет. И мне, конечно, поверили бы».

Вскоре после этого, Гапон вышел в сортир и при этом случайно столкнулся с одним из рабочих. Таким образом, засада была открыта, и Рутенберг впустил остальных рабочих, которых до того момента держал взаперти. После недолгой борьбы Гапон был схвачен. Последующее Рутенберг описывает следующим образом:

«То, что рабочие услышали, стоя за дверью, превзошло все их ожидания. Они давно ждали, чтобы я их выпустил. Теперь они не вышли, а выскочили, прыжками, бросились на него со стоном: „А-а-а-а“ - и вцепились в него.
Гапон крикнул было в первую минуту: „Мартын!“ (кличка Рутенберга), но увидел перед собой знакомое лицо рабочего и понял всё.
Они его поволокли в маленькую комнату. А он просил:
- Товарищи! Дорогие товарищи! Не надо!
- Мы тебе не товарищи! Молчи!
Рабочие его связывали. Он отчаянно боролся.
- Товарищи! Всё, что вы слышали, - неправда! - говорил он, пытаясь кричать.
- Знаем! Молчи!»

После этого Рутенберг, по его словам, вышел из комнаты и ожидал развязки на стеклянной террасе. Дальнейший процесс убийства происходил в его отсутствие. В описании Рутенберга, это происходило так:

«- Я сделал всё это ради бывшей у меня идеи, - сказал Гапон.
- Знаем твои идеи!
Всё было ясно. Гапон - предатель, провокатор, растратил деньги рабочих. Он осквернил честь и память товарищей, павших 9 января. Гапона казнить.
Гапону дали предсмертное слово.
Он просил пощадить его во имя его прошлого.
- Нет у тебя прошлого! Ты его бросил к ногам грязных сыщиков! - ответил один из присутствовавших.
Гапон был повешен в 7 часов вечера во вторник 28 марта 1906 года.
Я не присутствовал при казни. Поднялся наверх, только когда мне сказали, что Гапон скончался. Я видел его висящим на крюке вешалки в петле. На этом крюке он остался висеть. Его только развязали и укрыли шубой ».

В 1909 году Записки Рутенберга были опубликованы в крупнейших российских газетах. Публикуя эти фрагменты из воспоминаний Рутенберга, редакция «Русских ведомостей» сопроводила их следующим комментарием:

«Помещая эти признания Рутенберга ввиду их несомненного общественного интереса, не можем не отметить, что многие их подробности кажутся изображёнными в слишком „фантастических“ красках. Но как бы то ни было, эти признания открывают атмосферу ужасов и гнусностей, неизбежно связанную с предательством и насилием. Трудно сказать, читая эти записки, кто из лиц, принимавших участие в этой трагедии, хуже, а описание её конца нельзя читать без отвращения» .

Гапон был задушен наброшенной сзади верёвкой, а его тело было подвешено на вбитый в стену крюк. Это произошло в 7 часов вечера 28 марта. Тело Гапона было найдено полицией только через месяц. ПСР не взяла на себя официальной ответственности за убийство Гапона, к негодованию Рутенберга, который добивался такого заявления, указывая, что он действовал в постоянном контакте и по согласованию с членом ЦК Азефом и что Азеф дал ему полномочия убить одного Гапона, если двойное убийство Гапона и Рачковского окажется невозможным. Однако, данное полномочие было дано ему наедине, а Азеф впоследствии этот факт отрицал. Между тем, участники убийства полагали, что исполняют решение ЦК партии эсеров. Отказ партии взять на себя ответственность за убийство поверг Рутенберга в состояние тяжёлой. Одно время он был близок к самоубийству, а затем стал обдумывать план убийства Азефа и Савинкова, которые должны были повиснуть «на такой же вешалке», что и Гапон. В письме к Савинкову от 19 февраля 1908 года Рутенберг писал:

«И с неумолимой логикой я подводил к тому, что раз повесил Г<апона>, то на такой же вешалке должен повисеть и Пав. Ив. <Савинков>, и Ив. Ник. <Азеф>. И перед глазами стояли та же комната с печкой в углу, та же вешалка и на ней два тела, толстое и тонкое, с равно потемневшими лицами, с равно вытянутыми шеями, равно сломанными торсами и подтянутыми ногами… И волосы подымались дыбом. И душу жгло от еле переносимого удовлетворения от правильности и нужности стоявшей перед глазами картины» .

Версии других участников убийства

Согласно воспоминаниям С.Д. Мстиславского, участники убийства входили в так называемый «Боевой рабочий союз», главную роль в котором играли эсеры, а руководителем был сам Мстиславский. Обычным занятием боевиков была организация вооружённых экспроприаций. Впоследствии один из боевиков в беседе с Л.Г. Дейчем вспоминал:

«Среди нас, рабочих эс-эров, были „боевые дружины“, или „пятёрки“, над каждой из которых стоял „организатор“, сносившийся только с другим таким же организатором, а мы, рядовые члены, знали лишь свою пятёрку. Вот однажды наш организатор, собрав нас, сообщил, что поп Гапон стал предателем, что он выдал т. Мартына, - это был псевдоним П. Рутенберга, продался охранке и теперь орудует вместе с главными воротилами полиции - Рачковским и Курловым. Поэтому надо его убить, а заодно и двух последних прихватить. Вся наша пятёрка выразила на это готовность. Организатор нам сообщил, что надо отправиться в Озерки, по Финляндской железной дороге, на такую-то дачу, куда должен прибыть Гапон со своими новыми „товарищами“. Так как мы предположили, что их, наверное, будет сопровождать большая свора сыщиков, филёров, то мы решили, что двое из нас должны с вокзала следить за приезжими. Но когда поезд пришёл, то оказалось, что приехал только Гапон и что никто за ним не следил» .

Сходные сведения даёт одна из ранних версий убийства, опубликованная одним из его участников, «товарищем Владиславом», в «Петербургской газете» 5 марта 1909 года, за несколько месяцев до выхода книги Рутенберга:

«Недели за три до убийства ко мне, состоявшему в то время, по поручению п<етербургского> к<омитета> п. с.-р., организатором одного из рабочих районов, явился тов. Рутенберг и, предъявив соответствующие мандаты от п<етербургско>го к<омите>та, просил указать ему несколько надёжных рабочих из „сознательных“: состоялось, сказал он, постановление ц<ентрально>го к<омите>та об убийстве Гапона и Рачковского. На вопрос, почему нужны именно рабочие, он ответил, что „Гапон, предавший рабочее дело, должен и погибнуть от руки рабочих“. Согласившись с этим, я назвал ему 8 человек, из которых потом окончательно были выбраны 5, которые под моим руководством и отправились за день до убийства в Озерки, где ночью мы незаметно проникли вовнутрь дачи, и оставались там весь день в ожидании осуждённых, которых должен был привезти тов. Рутенберг».

«Сам я дежурил с полудня недалеко от станции, должен был дождаться их приезда и потом незаметно сопровождать издали, чтобы помочь тов. Р<утенбер>гу в том случае, если бы Гапон или Рачковский что-нибудь заподозрили и бросились обратно на станцию: решено было идти на последний риск и уложить их выстрелами. Вообще же, если бы всё обстояло благополучно, то средством убийства должно было послужить удавление. Пришёл из П<етербур>га поезд. Минут через 20 я увидел взволнованного Р<утенбер>га, шедшего одного по дороге к даче; встретив меня, он сообщил, что приехал один Гапон - что теперь делать?!. В конце концов мы нашли, что отступать поздно и бесцельно; тогда Р<утенбер>г вернулся на станцию за Гапоном, которого оставлял под предлогом осмотреть дорогу, а я быстро направился на дачу сообщить о перемене и удалил в ближайший лесок троих рабочих, которые теперь оказались лишними».

«Вскоре пришли тов. Р<утенбер>г и Гапон; я их впустил; на вопрос Гапона, кто я, Рутенберг назвал меня сторожем при даче, и сказал, чтобы я посветил им; я зажёг свечку и повёл их прямо в ту комнату, где ждали нас оставшиеся два товарища и где впоследствии был найден труп. Увидев ещё двух человек, Гапон, видимо, встревожился: он побледнел и голос у него дрожал, когда спрашивал, кто это и зачем. Тогда Рутенберг объявил, что его ждёт… Его опрокинули на пол, Рутенберг зажал ему рот, я держал за ноги, тов. „Синичка“ (рабочий) за руки, а тов. „Гриша“ (тоже рабочий) затянул петлю. Через полчаса Гапон был трупом, после чего всё было приведено в такой вид, в каком после найдено судебными властями; мы покинули дачу, встретились с поджидавшими нас остальными товарищами и, небольшими группами, отбыли в Петербург» .

По результатам судебно-медицинской экспертизы, убийство Гапона сопровождалось жестокой борьбой. На теле убитого были обнаружены следы от ударов и укусов. В ходе убийства Гапону сломали нос и выбили один глаз. Повалив жертву на пол, убийцы связали ему руки и накинули на шею петлю, а затем поволокли на верёвке по полу. Полузадушенное тело Гапона подвесили на крюк вешалки, после чего несколько человек повисли у него на руках и ногах, пока он не задохнулся. На очевидцев картина убийства производила шокирующее впечатление. Журналист С. Я. Стечкин писал: «Я видел альбом фотографий, приготовленный для министра юстиции. Более гнусной картины убийства, более циничной я не встречал».

Врачи-эксперты отмечали особую жестокость убийц:

«Самое убийство, по определению врачей-экспертов, произведено было с выдающейся жестокостью, доходящей до цинизма. Смерть была медленная и, вероятно, крайне мучительная. Если Гапон не чувствовал страдания от удушения, то лишь потому, что он был ранее оглушён ударом по голове. На трупе обнаружены следы жестокой борьбы. Убийство, по мнению врачей, произошло на месте, т. е. в верхнем этаже дачи в Озерках; убийцы проявили чисто профессиональное зверство, - они пили и ели до убийства, быть может и после него. Вся обстановка указывает скорей на наёмных убийц, чем на людей, руководившихся идеей революционной казни ».

С. Д. Мстиславский в своей книге «Смерть Гапона» утверждает, что некоторые из убийц были готовы расправиться и с Рутенбергом, но это уже чисто личный домысел и его собственная фантазия:

«Угорь вышел быстро, почти что следом за мной. Он был тёмен лицом, но спокоен. Повёл глазами по стенам и спросил вполголоса:
- А тот где?
- Кто? Мартын? - Он кивнул.
- Не знаю.
- Надо бы поискать. Ребята, брось попа, дохлый… Обшарь домишко. Куда Мартын задевался? Найдёшь, волоки сюда, за загривок.
- То-есть, как „волоки“?
- А вот так! - блеснул глазами Угорь. - Крюков-то два; рядом и повесим.
- Ты что, спятил?
- А ты что, не слыхал? Гапон - Иуда, да и тот гусь - хорош. Любо это будет, рядышком.
- Не дури, не дам!
- Тебя не спросился. Вступись, свяжем, верно говорю! Здесь у нас своё понимание! Ну, что?
- Нет никого. Пусто!
Щербатый вынес бумажник Гапона и две записных книжки.
- Смотрикось, братцы. Деньжищ. И записки.
- Ладно. За заставой разберём. Прибери по полу, братцы, чтобы не столь приметно. Николай, пощупай попа, перед отходом.
- Сдох. Достоверно» .

В письме Б. И. Николаевского В. М. Чернову от 15 октября 1931 года указывается, что одним из убийц Гапона тогда был А. А. Дикгоф-Деренталь, член ПСР и отнюдь не рабочий, но студент. Воспоминания Деренталя об убийстве Гапона были опубликованы в «Былом» под криптонимом «N. N.»

Похороны Георгия Гапона

Георгий Гапон был похоронен 3 мая 1906 года на Успенском кладбище (Северном) под Петербургом при большом стечении народа. Похороны были совершены на средства рабочих организаций. Место для могилы выбрали в 150 саженях от церкви, там, где были погребены рабочие Степанов, Кириллов и Обухов, убитые 9 января 1905 года.

На состоявшемся митинге рабочих был пропет гимн «Вы жертвою пали в борьбе роковой», а затем произносились речи. С речами выступали рабочие В. А. Князев, С. В. Кладовиков, Д. В. Кузин, Г. С. Усанов, Карелина В.М., В. Смирнов и другие. Рабочие говорили о том, что Гапон пал от злодейской руки, что про него говорили ложь, и требовали отмщения убийцам. Среди присутствовавших раздавались крики: «Месть, месть! Ложь, ложь!» Присутствовавший на митинге обозреватель «Нового времени» писал:

«Из ораторов лучше других говорили рабочие Смирнов, Кузин, Кладовников и г-жа Карелина. Речи их сводились к тому, что Гапон убит злодейски и что его организация, объединённая его памятью, станет теперь ещё теснее и крепче. Лучшую речь сказал рабочий Смирнов. Он подчеркнул жестокость убийства Гапона. Его труп оставался целый месяц непогребённым. Отчего не закололи его кинжалом, не убили из браунинга, а умертвили жестоко, медленно и коварно? Оратор говорил, что он ещё не может назвать убийц, но кто бы они ни были, их постигнет месть друзей Гапона. Раздались крики: „Месть! Месть!“ И в ней, подняв руки, клялись 150 человек, стоявших над могилой. Сцена была несколько театральная, напоминала „хор мстителей“ из оперы „Демон“, но всё же становилось жутко при мысли, что это не праздные крики» .

Некоторые ораторы подчеркнули, что Гапон популяризировал в рабочей среде идеи социализма, что он первый открыл народу дорогу к царю и к Государственной Думе. Даже говоря о мести, сторонники Гапона взывали к благородству своих противников, требуя от них доказательств их обвинений и их права судить и убивать его. Митинг закончился исполнением гимна «Свобода», начинающегося словами: «Смело, товарищи, в ногу».

На могиле был установлен деревянный крест с надписью «Герой 9 января 1905 г. Георгий Гапон» . На могилу покойного были возложены венки от 11 отделов «Собрания русских фабрично-заводских рабочих г. Санкт-Петербурга» с портретами Гапона и с надписями: «9 января, Георгию Гапону от товарищей-рабочих членов 5 отдела», «Вождю 9 января от рабочих», «Истинному вождю революции 9 января Гапону», «Дорогому учителю от Нарвского района 2 отделения» и т. д. Среди провожавших Гапона были раненые 9 января, один из них на костыле.

Впоследствии рабочие установили на могиле памятник с металлическим белым крестом. На памятнике было написано:

«Спокойно спи, убит, обманутый коварными друзьями. Пройдут года, тебя народ поймёт, оценит, и будет слава вечная твоя» .

Никто из гапоновских рабочих не поверил в предательство Гапона. Среди рабочих господствовало убеждение, что за убийством Гапона стоит царская охранка. Близкие к Гапону рабочие в своих воспоминаниях утверждали, что в последний месяц своей жизни он готовил новое вооружённое восстание и составлял боевую группу для убийства Витте и Рачковского. Одна из соратниц Гапона, революционерка Лариса Хомзе, на обвинения Гапона в переговорах с охранкой отвечала:

Всё это я знала, он не скрывал этого. Но это были первые шаги широко задуманного плана. Если б его не убили, не была бы разогнана Государственная Дума, не осилила бы революцию жандармская клика. Он хотел пробраться в лагерь врагов и взорвать его изнутри.

В. А. Поссе. Мой жизненный путь. - М.: «Земля и Фабрика», 1929. - С. 416.

ТЕЛЕФОН"
(От наших корреспондентов).
ПЕТЕРБУРГ, 17-го августа 1906 г.

15-го августа в день празднования Успения Божией Матери, на Успенское кладбище отправлялось много народа; три поезда были настолько переполнены, что некоторые пассажиры поместились на локомотив.
Особенно много народа собралось около могилы Георгия Гапона, которую посетители буквально засыпали цветами. По окончании литургии отцом Захарием, товарищем Гапона по семинарии, была отслужена панихида, причем пел хор последователей Гапона. Тут же находилась г-жа Уздалева и горько рыдала. Один из последователей Гапона хотел произнести речь, но полиция не допустила этого.
После этого многочисленная публика посетила могилу павших 9-го января. На обратном пути последователи Гапона посетили дачу в Озерках, на которой Гапон был убит.

Исчерпывающую информацию о жизни Георгия Гапона можно найти на сайте "ХРОНОС".

Мои поиски места погребения Георгия Гапона.

Моё увлечение некрополистикой, началось с попытки найти могилу Плеве В.К. на Новодевичьем кладбище. Одно дело найти могилу, среди тысяч подобных, другое дело - найти то место и то, что осталось - если осталось. Потом, я увлекся поиском могилы корейского консула Ли Пом Чина (везде разное написание), потом Распутина Г.Е., затем Гапона Г.А.

Как ни странно, но найти место, где когда-то была могила Гапона Г.А. оказалось легче всего из этих всех случаев. Потому как в газетах того времени, было достаточно информации, что бы хоть как-то увязать все факты в едино. Сложить все и подобно имеющиеся пазлам, собрать картинку. И что особенно хочется отметить, что описание поиска каждой такой могилы - достойно отдельной публикации, толи статьи или даже книги. Возможно когда-нибудь это кто-то и сделает.

Итак, я знал что Гопон Г.А. был похоронен на Успенском кладбище. В 1906 году, оно не было таким ещё большим. К кладбищу была проложена железнодорожная ветка. Сделана деревянная платформа, а потом и вокзальное помещение. На Успенское кладбище ходил впервые траурный поезд. Отправлялся он не от Финляндского вокзала, а от специальной приемной станции, расположенной в конце Нижегородской улицы. Вот на таком поезде, гроб был привезён на кладбище из мертвецкой Петропавловской больницы.

Как видно но карте 1914 год направление железнодорожной ветки и место нахождение Успенской кладбищенской церкви. За эти годы естественно многое изменилось, но направление дороги в Новосёлки и кладбищенские дорожки остались теми же. Это можно увидеть и на гравюре 1874 года.

Во многих петербургских газетах было описано место погребения Гапона Г.А. В 150 саженях от церкви. Могила на дороге ведущей в Новосёлки. Причём подчёркивалось, что он похоронен на Старом участке, т.е не через дорогу. На фотографии с похорон виден край дороги и дренажная канава. Он был похоронен рядом с 13 погибшими, так называемыми "жертвами революции 1905 года". Их могилы находились рядом, вдоль дороги. Могила Гапона была рядом с могилой рабочих Степанова, Кириллова и Обухова. Их похоронили в одной могиле.

У Гопона Г.А. на могиле был поставлен сразу, большой чугунный крест, покрашенный в белый цвет и огорожен невысокой деревянной оградой, которую описывает в своих воспоминаниях отец Даниила Хармса - народоволец И. П. Ювачёв. "Могила Гапона" // Исторический вестник. - СПб.: 1909. - № 10. - С. 206-210. Это всё, действительно можно увидеть на фотографии. А вот троим рабочим, был установлен гранитный памятник, обломки которого мне и удалось обнаружить. Время взяло своё. ...Начиная с 1920-х гг. число захоронений на Успенском кладбище резко уменьшается. Демонтируется железнодорожная ветка. Понемногу исчезают надгробия: деревянные кресты - на дрова и столярные поделки, чугунные (прежде всего, с военного кладбища) - в металлолом, гранитные памятники - на фундаменты домов, коровников, свинарников, на поребрик и щебень. Вот такая грустная история.

Священник Георгий Гапон вошел в историю как участник Кровавого воскресенья. Его несправедливо считают провокатором и тайным агентом полиции.

Двойная игра

Современники знали Георгия Гапона как страстного, непоколебимого революционера, лидера организации «Собрания русских фабрично-заводских рабочих». Согласно историку Феликсу Лурье, "поп Гапон" вел двойную игру: он усыплял бдительность полиции, уверяя ее высшие чины в том, что в «Собрании» нет места революционным идеям, а сам в это время подстрекал рабочих объявить всеобщую забастовку. Благодаря своим связям с полицией, Гапон получил ярлык «провокатор», с которым и вошел в историю. Говорят, Гапон специально вывел народ на Нарвскую заставу, чтобы полиция жестоко подавило восстание.

Действительно, "мирное шествие с хоругвями", организованное Георгием Гапоном, вызывало много вопросов у историков. На что рассчитывали организаторы демонстрации, когда заранее было известно о намерении царя отвергнуть петицию и жестко пресечь беспорядки? Суть «обращения» дошла до Николая II еще 7 января через министра юстиции Муравьева. А уже на следующий день государь приказал арестовать авторов петиции.

Чего же добивался Гапон, когда вел толпу людей на верную смерть? Так ли был важен для него рабочий вопрос или были цели повыше? Вполне возможно, он рассчитывал, что расстрел мирного шествия вызовет народное восстание, во главе которого встанет именно он – Георгий Гапон. Об этом свидетельствуют воспоминания другого революционера Владимира Поссе, который как-то спросил у священника, что бы тот сделал, если бы царь принял петицию. Гапон ответил:

«Я упал бы перед ним на колени и убедил его при мне же написать указ об амнистии всех политических. Мы бы вышли с царём на балкон, я прочёл бы народу указ. Всеобщее ликование. С этого момента я - первый советник царя и фактический правитель России. Ну, а если бы царь не согласился? - Тогда было бы то же, что и при отказе принять делегацию. Всеобщее восстание, и я во главе его».

Кстати, у организаторов «мирного шествия» были расхожие мнения. Например, правая рука, а впоследствии убийца Гапона – Петр Рутенберг готовил покушение на царя, надеясь убить его, когда тот выйдет на балкон Зимнего дворца, чтобы обратиться к народу. Об этом мы узнаем из воспоминаний начальника петербургского охранного отделения Герасимова.

Агент

Еще один вопрос, который остается открытым – был ли Георгий Гапон сотрудником полицейской охранки, двойным агентом. Не секрет, что именно слухи о предательстве Гапона и его доносах на бывших товарищей, в том числе эсеров, стали основной причиной его убийства. Надо сказать, когда были обнародованы архивы, многие исследователи перерыли документы в поисках каких-либо доносов, написанных Георгием. После долгих поисков, один из специалистов по этому вопросу историк С. И. Потолов заявил, что в списках Департамента полиции, как и в других документах нет никаких сведений о тайном агенте Георгии Гапоне, следовательно нет никаких подтверждений этому расхожему мифу. Кроме того, в пользу опровержения этого мнения говорит запрет вербовать в агенты лиц духовного сана, кем был Гапон, несмотря на всю свою общественную деятельность. Сегодня наиболее распространенная версия – что Гапона подставили путем перетасовки документов и специально пущенных слухов.

Нельзя сказать, что он вообще не имел никаких связей с полицией. Он часто использовал последних как финансовый источник, путем передачи некой информации о людях, которых потом сам заранее предупреждал об опасности. Но все деньги Гапон отдавал на нужды рабочих и организаций. Правда, общественность этому зачастую не верила, называя Гапона Иудой и обвиняя в жадности.

Петр Рутенберг, в своей книге, отмечал дороговизну костюма Георгия, когда все остальные его товарищи были одеты в обыкновенные пальто, а Савинков – второй организатор кровавого убийства священника писал, что Георгий в своих желаниях был приземленным человеком – любил роскошь, деньги, женщин.

На фоне такого общего настроения, сведения о том, что по возвращению в Россию после Манифеста 17 октября, Гапон получил 30 тысяч рублей от Витте, сработали как спусковой крючок. Гапон собирался возродить свою прежнюю организацию «Совет», на это и пошли деньги министра финансов. В общем-то, Георгий часто так делал – сначала брал деньги у Департамента полиции, благодаря своим связям, потом тратил на агитацию. Он искренне удивлялся ажиотажу, которые вызвали 30 тысяч: «Вас поразили мои открытые сношения с Витте и согласие голодных рабочих организаций принять от него деньги?»

Негативную реакцию, на самом деле, вызвал еще один пущенный слух – мол, 30 тысяч были переведены на счет некого Рыбницкого, который и есть Гапон. Последней каплей для соратников Георгия стало известие о получении 100 тысяч рублей от Департамента полиции за информацию о террористических замыслах партии эсеров и выдачи властям имени Рутенберга.

«Громкое имя»

Существует гипотеза, что причиной убийства Гапона стали некие документы. Вдова священника говорила, что эти бумаги содержали какое-то известное имя, однако фамилию не назвала. Сам Георгий Гапон незадолго до гибели утверждал, что у него есть компрометирующие данные на неких важных персон. Он даже отдал часть документов своему адвокату Сергею Марголину. Последний умер через два месяца после смерти Гапона при странных обстоятельствах. Его коллеги говорили, что за неделю до кончины, он обмолвился о необходимости обнародовать какие-то бумаги.

Ходили слухи, что «громким именем» был Сергей Витте, министр финансов, который одолжил Гапону 30 тысяч. Но точных подтверждений этому так и не нашлось.

Тень Евно Азефа

Евно Фишелевич Азеф - он же офицер полиции «Раскин», он же один из предводителей эсеров: «Иван Николаевич», «Валентин Кузьмич», «Толстый». В послужном списке этого "суперагента охранки" сдача множества революционеров, в том числе арест и казнь членов летучего боевого отряда партии социалистов-революционеров в феврале 1908 года. Он также предотвратил несколько крупных покушений: нападение на министра внутренних дел Дурново и на самого Николая II.

В тоже время Евно Азев организавал "в роли революционера" несколько террористических актов и убийств. На его совести смерти шефа корпуса жандармов – В. К. Плеве, военного прокурора В.П. Павлова, и даже великого князя Сергея Александровича Романова. Возможно, именно он спланировал и спровоцировал убийство Гапона, как «провокатора», а потом и его адвоката Марголина. Зачем? Чтобы скрыть, свою «двойную», а то и «тройную» личность. Некоторые историки, в том числе и В.К. Агафонов, считают - играя на обе стороны, он был заслан третьей – это был западный агент, которого заслали в Россию разжигать беспорядки.
Азеф познакомился с Гапоном, во время бегства последнего за границу, после Кровавого воскресения. Он позволил ему остановиться на его квартире. Они вместе снарядили яхту «Джон Графтон», которая должна была доставить российским революционерам необходимое оружие для сопротивления. Возможно, живя с Гапоном в одной квартире, Азеф узнал о неком компромате, который попал в руки Георгию.

Убийство

Георгий Гапон был убит 28 марта 1906 года на даче Звержинской в поселке Озерках под Петербургом. Его нашли только через несколько дней с петлей на шее.

Официальный убийца Гапона -ближайший соратник священника Петр Рутенберг - был быстро найден и пойман. Его опознал местный дворник. Петр не отрицал своей причастности, рассказал, как произошло само убийство, и кто еще из рабочих при этом присутствовал. Причиной он назвал продажность и предательство Гапона, его связи с вице-директором Департамента полиции П.И. Рачковским. Но впоследствии историки нашли еще одну «темную тень», стоящую за расправой с Гапоном – это уже известный нам «Толстый», то есть Евно Азеф. Именно он подстроил обвинение Гапона в «двойной игре», чтобы выгородить настоящего тайного агента – себя. В результате, в одно время были убиты двое «подставных» - сначала «народный пророк» Георгий Гапон, а потом провокатор Н. Ю. Татаров, безуспешно пытавшегося открыть глаза руководству эсеров на лицемерную натуру их партийного лидера.

Для нас эти суровые уроки важны как для понимания духовных истоков смуты, так и для поиска ее преодоления. "Кровавое воскресенье" 9/22 января 1905г. утвердило деморализующий миф о расколе между Царем и народом -тот миф, который на протяжении десятилетий перед революцией насаждался оппозиционными партиями и различными тайными обществами. Информационная война приобрела жуткие формы трагического конфликта, приведшего не только к кровопролитию 9 января, но и в более долгосрочной перспективе - к падению самодержавной власти в России. Триединство: Православие, самодержавие и народность оказалось разбитым, а затем со всеми расправились поодиночке. Но вначале из под монархии выбивалась опора - народное доверие.

В обстановке тяжелой войны с Японией подрыв веры в Царя, дискредитация идеи царелюбия создавали угрозу самому существованию государства. Поэтому следует говорить о "Кровавом воскресении" не как о "конце мифа о царе-батюшке, от которого не может исходить зло", а как о начале спланированного заранее уничтожения России и русского народа. Гибель мифологемы, даже укорененной в национальном характере, не привела бы к столь глобальным политическим последствиям, которые происходили в Российской империи в период 1905-1917 гг. Искусственно создавался повод для "народной мести" Государю.

Более чем стотысячная манифестация, в которой участвовали рабочие, их жены, дети, престарелые родители, была организована находившимся под покровительством полиции "Собранием русских фабричных рабочих г. С.-Петербурга", созданным в феврале 1904 г. Возглавлял эту организацию хитрый, изворотливый и по-своему талантливый 34-летний священник Георгий Гапон , который пытался угодить одновременно и царским властям, и рабочим, но больше всего-собственному тщеславию. По сути своей это был азартный политический игрок , образ которого совершенно не укладывается в наши привычные представления о церковнослужителях, полицейских провокаторах и тем более о революционерах . (Гапон Георгий Апполонович родился 140 лет назад в Полтавской губернии в черте оседлости в зажиточной еврейской семье, закончил православную семинарию, куда доступ евреев никогда не был ограничен).

Жизнь и смерть попа Гапона, посеявшего бурю

В Санкт-Петербурге вспоминают первого русского революционера, который 100 лет назад тоже хотел сделать, как лучше, но и у него вышло - как всегда

Ровно 140 лет назад родился Георгий Гапон , и по этому поводу в Музее политической истории России при полном аншлаге была открыта выставка с многозначительным названием «Посеявший бурю». Эпиграфом к жизни этого человека могли бы стать знаменитые слова современного политика: хотел как лучше…

Это как раз те благие пожелания, которыми вымощена дорога в ад. Авторы вернисажа, на котором представлено 100 экспонатов, не ставили целью детально иллюстрировать биографию Гапона. Здесь внимание сосредоточено лишь на ключевых моментах его недолгой, трагически закончившейся жизни. Уже в 1906 году рабочие, за которых он так радел, его и задушили. Об этом рассказывает впервые экспонируемый следственный фотоальбом.

На фоне мрачной гибели Гапона на заброшенной даче в Озерках диссонансом выглядят фотографии похорон, на которые собрались несколько сотен его поклонников — проводить своего духовного вождя в последний путь.

Гапон сыграл ключевую роль в событиях, которые положили начало эпохе революционных потрясений начала 20 века. И до сих пор эта роль вызывает вопросы. Вроде бы он искренно хотел помочь рабочим, но те погибали от одного лишь знакомства с ним — и не только в «кровавое воскресенье» 9 января. На выставке представлены уникальные материалы о рабочем, который застрелился на глазах у Гапона после того, как вождь потребовал убить другого рабочего...

О событиях 9 января 1905 года рассказывают не только листовки, документы и фотографии, но и такие уникальные экспонаты, как подлинник письма Гапона к Николаю II и обращение священника к рабочим и солдатам, составленное вечером 9 января.

Георгий Аполлонович Гапон, - рассказывает автор выставки историк Алексей Кулегин , - в течение нескольких месяцев 1905 года являлся самой популярной личностью в России, а, находясь в эмиграции, даже претендовал на роль лидера всего революционного движения. Деятельность священника петербургской пересыльной тюрьмы, организовавшего первую легальную массовую рабочую организацию в России и шествие рабочих к Зимнему дворцу, по-разному оценивали и современники, и позднейшие исследователи. Например, существует мнение, что манифестация 9 января была грандиозной провокацией.

«СП»: - Кем он все-таки был на самом деле - искренним народным вождем, «революционером в рясе» или провокатором на службе царского правительства и полиции? Гапоновское собрание фабрично-заводских рабочих Санкт-Петербурга было создана в 1904 году. Вы показываете фотографии, где Гапон стоит рядом с градоначальником. То есть, это была проправительственная организация?

Это была первая в России легальная массовая рабочая организация. Идеи создания таких организаций, которые были бы подконтрольны властям, восходили к начальнику Московского охранного отделения полковнику Сергею Зубатову, и позже были названы полицейским социализмом. Они были призваны «канализировать» рабочее движение, направить его не против правительства, а в поддержку ему. Зубатовские идеи подвергались критике и справа, и слева. Но и те, и другие предупреждали, что подобные организации быстро выходят из-под контроля, и в них начинают доминировать революционные силы. Так и вышло. В конце концов шествие, которое организовал Гапон и которое несло петицию царю Николаю Второму, было расстреляно у Нарвских ворот…

«СП»: - У Нарвских ворот? А разве они не были остановлены на подступах к Зимнему, как о том писали все советские учебники?

До Зимнего они тоже дошли, но это был последний эпизод. Их расстреливали и разгоняли во многих местах Питера - недалеко от Троицкого моста, у Нарвских ворот, на Васильевском острове... Мы выставили на стенде рубашку рабочего Васильева, который погиб во время манифестации. Ее очень давно передала в музей жена Васильева. Это был не простой рабочий, а официальный лидер организации, поскольку сам Гапон, как священник, не мог занимать должность председателя и считался духовным лидером. В письме царю Гапон от лица рабочих пишет: «Твои министры тебе всей правды не говорят, мы идем к тебе, народ полон решимости прийти к тебе на Дворцовую площадь, мы просим императора выйти к рабочим, гарантируем тебе безопасность…»

После 9 января Гапон стал ярым революционером и писал уже другие воззвания - взрывать дворцы, убивать солдат, чиновников, царя и его окружение.

«СП»: - Гапон вынужден вскоре покинуть Россию, но почему-то после эмиграции разочаровался в революционном движении?

Да, после возвращения из-за границы, он резко поменялся - пытался наладить контакт с властями, писал покаянные письма, давал интервью различным газетам... Рабочие обсуждали его поведение и не знали, как реагировать. На выставке представлена книжка «Правда о Гапоне», которую написал рабочий Николай Петров. Это был один из самых близких к Гапону людей, руководитель одной из рабочих организаций. Вскоре стало известно, что Гапон втайне от рабочих получил 30 тысяч рублей от Столыпина, и Петров опубликовал статью под заголовком «Долой маску и неизвестность». После публикации события стали развиваться стремительно. Гапон решил устранить Петрова и даже дал исполнителю, рабочему Черемухину, револьвер. Но Черемухин, будучи молодым человеком с неустойчивой психикой, прямо на заседании центрального комитета гапоновской организации покончил с собой из того же револьвера. К тому времени Гапон уже впутался в новую авантюру с департаментом полиции и стал агитировать своего недавнего благодетеля Петра Моисеевича Рутенберга вступить в контакт с охранным отделением, обещал 25 тысяч рублей за то, чтобы тот выдал охранке руководство партии эсеров. Рутенберг сообщил об этом в ЦК партии эсеров, в частности одному из лидеров - Азефу. Было принято решение устранить Гапона. Рутенберг заманил его на одну из дач в Озерках, туда же пригласил группу рабочих, которых спрятал в соседней комнате. Рутенберг завел с Гапоном разговор о том, сколько можно выручить за выдачу эсеров полиции. Когда он счел, что рабочие услышали достаточно, он выпустил их из укрытия. Те накинулись на Гапона и повесили его, как предателя… Но все это мы знаем со слов Рутенберга!

«СП»: - И нет других свидетельств?

Увы, достоверные обстоятельства гибели Гапона неизвестны. Мы не знаем, кто именно там действовал, кроме Рутенберга, и остается принимать на веру его версию… Бесспорно одно: Азеф стремился как можно скорее избавиться от такого опасного соперника как Гапон, поскольку сам был полицейским провокатором, а Гапон мог раскрыть двойную игру Азефа.

«СП»: - Алексей Михайлович, вы впервые обнародуете материалы о похоронах Гапона. Почему его похоронили только в мае 1906-го, хотя убили 26 марта?

Тело нашли не сразу. До 30 апреля было неизвестно, где он? Департамент полиции разыскивал Гапона, чтобы задержать его, а он уже был мертв. На похороны собралось немало людей. Сохранился полицейский альбом, который вели следователи, когда расследовали убийство Гапона. Но нас интересовал не столько сам Гапон, сколько его роль в таком важнейшем и переломном событии русской истории, как 9 января - начало революции. Кстати, в 2010 году совпадают круглые даты рождения Гапона - 140 лет и начала первой русской революции - 105 лет.

«СП»: - Письмо, которое Гапон писал Николаю Второму, дошло до императора?

Неизвестно. Вроде бы он послал с этим письмом в Царское Село рабочего, которого, разумеется, не допустили до царя. Источники с разной степенью достоверности утверждают, что рабочий настойчиво требовал, чтобы его принял лично Николай Второй. Неизвестно, куда потом письмо делось? Но сохранилась авторская копия письма (см. фото).

«СП»: - Вы для себя, как историк, уже сформулировали роль Гапона в первой русской революции?

Его роль сложная: народный вождь, революционер, и в то же время - провокатор, авантюрист… В нем всего понемногу. Если почитать воспоминания рабочих, то они все были в восторге от него. Многие были уверены, что если уж Гапон начал революцию, то ему суждено ее возглавить, но не все было столь однозначно в этой истории - очень много загадочного.

«СП»: - Удивительно все же, что до сих пор в ней не прояснено самое главное: Гапона - взращенного царской охранкой харизматика, подвели особенности его личности?

Не только. Те события, которые произошли после 9 января, были гораздо выше и мощнее уровня личности Гапона. Он еще пытался изображать себя вождем и руководителем рабочего движения, но уже был Наполеоном без армии. Массы за ним не пошли. К осени пятого года революционные события захватили Россию не только в Петербурге, но и в Москве. Уже Ленин вернулся из эмиграции. В 1906 году фигура Гапона померкла. И его это не устраивало, поскольку он не хотел быть пешкой в чужой игре. Ему не хватало драйва, адреналина…

«СП»: - При всем этом он был рукоположенным священником, который призывал убить то одного, то другого?

Он был священник церкви Михаила Черниговского Санкт-Петербургской пересыльной тюрьмы. Но сразу после «кровавого воскресенья», 20 января 1905 года, Синод лишил его сана.

«СП»: - Гапон виновен в гибели очень многих людей и даже одного из великих князей?

Это Сергей Александрович, московский губернатор, который к событиям 9 января вообще не имел отношения. Его убил террорист Иван Каляев, якобы в отместку за события «кровавого воскресенья».

«СП»: - А кто все же отдал приказ стрелять в демонстрантов, которых вел к царю Гапон?

Непосредственный приказ стрелять отдал князь Васильчиков, который был наделен такими полномочиями. Но он исполнял приказ другого великого князя - Владимира Александровича, который командовал войсками петербургского военного округа. Но не всякий приказ пишется на бумаге и речь не шла о том, чтобы именно расстрелять демонстрантов. Было сказано: не допустить к Зимнему дворцу. А что такое не допустить? Были вызваны войска, им розданы боевые патроны… Это была не полиция, которая могла разогнать толпу нагайками, у солдат не было водометов и слезоточивого газа... Кстати, сами рабочие, которые шли с петицией, предполагали, что могут случиться столкновения с полицией. Они и предположить не могли, что по ним откроют ружейный огонь, поскольку были абсолютно безоружными.

«СП»: - А великий князь Владимир Александрович как-то ответил за эту неоправданную жестокость?

Нет. Уголовное дело было заведено против участников манифестации. До того в российской истории ничего подобного не происходило - сто тысяч человек мирно идут по городу, а их расстреливают… Хотя по сравнению с теми трагедиями, которые постигли нашу страну уже в ближайшие годы, эту можно не считать за большую катастрофу. Убили 130 человек и столько же ранили. Вскоре миллионы погибших россиян станут «статистикой».

«СП»: - Почему царь пошел на это?

Я думаю, что он был просто не готов. Вся система российской власти в начале 20 века была очень архаичной. Николай Второй всячески пытался сохранить эту систему и не думал о переменах, которые назрели. «Кровавое воскресенье» все же вынудило императора пойти на конституционные перемены, и он подписал манифест от 17 октября. Но так до конца жизни и не смог простить Витте, что тот вырвал у него эти уступки. Хотя, благодаря именно им, еще на 12 лет была спасена российская монархия.

Он вообще тогда об этом не думал. Николай занял самую плохую позицию: он просто взял и уехал в Царское Село. А на следующий день писал в дневнике: «Ужасный день, в Петербурге много убитых и раненых…» Царь мог поручить министру внутренних дел выйти к манифестации или тому же Сергею Витте - председателю кабинета министров. В конце концов, он сам мог выйти к демонстрантам и сказать: «Дети мои! Я с вами!» Возможно, тогда вся русская история пошла бы по другому пути.

Санкт-Петребург

Исторический сайт Багира - тайны истории, загадки мироздания. Загадки великих империй и древних цивилизаций, судьбы исчезнувших сокровищ и биографии людей изменивших мир, секреты спецслужб. История войн, загадки сражений и боёв, разведывательные операции прошлого и настоящего. Мировые традиции, современная жизнь России, загадки СССР, главные направления культуры и другие связанные темы - всё то о чём молчит официальная история.

Изучайте тайны истории - это интересно…

Сейчас читают

Во время раскопок в Луксоре (на юге Египта) археологи обнаружили куски статуи колоссальных размеров - высотой с четырёхэтажный дом. Учёные считают, что эта скульптура когда-то стояла у входа в погребальный храм Аменхотепа III, жившего около 3400 лет назад.

Испокон веку на Руси веселили народ скоморохи. О них в фольклоре сохранилось немало чудных преданий. Тан, близ деревни Шапкино, что под Можайском, находится загадочное место - Замри-гора, на которой несколько столетий назад проходили скоморошьи сборища. Говорят, в эти дни там можно было наблюдать самые настоящие чудеса… Об этом нашим корреспондентам поведал известный историк, этнограф и путешественник Андрей Синельников.

Она ещё совсем молода, но успела покорить весь мир. Мало кто знает, что одна из самых известных и высокооплачиваемых голливудских звёзд родилась в СССР и имеет русские корни…

Сейчас мало кто помнит о жестокой бойне, которая произошла в марте 1969 года на границе с Китаем в 230 километрах южнее Хабаровска. А ведь этот конфликт едва не перерос в настоящую войну между СССР и КНР. Камнем преткновения стал небольшой на реке Уссури. Сам по себе остров не представлял никакой хозяйственной ценности - каждую весну во время паводка он практически полностью скрывался под водой. Но именно из-за права обладать этим клочком земли столкнулись две сверхдержавы.

Мир спорта - это арена ожесточённой борьбы, схватка воль и амбиций. И иногда свою правоту не удаётся защитить в пределах спортивной площадки. Так произошло в мае 1972 года, когда в финале Кубка обладателей кубков (нынешняя Лига Европы) встретились два футбольных гранда - шотландский «Глазго Рейнджерс» и московское «Динамо»…

«Философским пароходом» с лёгкого пера философа и переводчика Сергея Хоружего стала называться операция советских властей по выдворению за границы СССР опасной для новой идеологии неугодной буржуазной интеллигенции. Буквально за несколько месяцев 1922-1923 годов без права возвращения на родину было сослано более 200 деятелей науки и культуры.

Современные западные источники методично насаждают мнение, что Советский Союз принимал в разделе Чехословакии довольно посредственное участие. Этакий сердобольный наблюдатель с безопасного расстояния, успокаивающий чехословацкое правительство обещаниями помочь и параллельно действующий на нервы бывшим союзникам по Антанте, имевшим свой взгляд на все эти дела. Гораздо более мудрый и дальновидный взгляд (здесь нужно сделать вид, что никто не слышал, с каким треском провалились французско-британские дипломатические подвиги на поприще «усмирения агрессора»). Объективная же реальность такова, что СССР приложил немало усилий для спасения Чехословакии от посягательств беспринципных соседей.

Могли предположить Александр Сергеевич, что когда-нибудь столь любимое им Царское Село назовут его именем? Думаю, вряд ли. Одно несомненно, и Пушкин сам писал об этом в одном из своих стихов: «И долго буду тем любезен я народу, что чувства добрые я лирой пробуждал, что в мой жестокий век восславил я Свободу и милость к падшим призывал».

Георгий Гапон — священник, политический деятель, организатор шествия, которое завершилось массовым расстрелам рабочих, вошедшим в историю под названием "Кровавое воскресенье". О том, кем на самом деле был этот человек - провокатором, двойным агентом или искренним революционером - однозначно сказать нельзя. В биографии священника Гапона много противоречивых фактов.

Сын крестьянина

Он происходил из зажиточной крестьянской семьи. Родился Георгий Гапон в 1870 году в Полтавской губернии. Возможно, предки его были запорожскими казаками. По крайней мере, такова семейная традиция Гапонов. Сама фамилия происходит от имени Агафон.

В ранние годы будущий священник помогал родителям: пас телят, овец, свиней. С детства был очень религиозен, любил слушать истории о святых, способных творить чудеса. Окончив сельскую школу, Георгий, по совету местного священника, поступил в духовное училище. Здесь он стал одним из лучших учеников. Однако дисциплин, которые входили в программу, ему было явно недостаточно.

Толстовец

В училище будущий священник Гапон познакомился с антимилитаристом Иваном Трегубовым, который заразил его любовью к запрещенной литературе, а именно к книгам Льва Толстого.

После окончания училища Георгий поступил в духовную семинарию. Теперь он уже открыто высказывал толстовские идеи, что привело к конфликту с преподавателями. Был исключен незадолго до получения диплома. После окончания семинарии подрабатывал частными уроками.

Священнослужитель

Гапон в 1894 году женился на дочери состоятельного купца. Вскоре после женитьбы решил принять духовный сан, и эту идею одобрил епископ Иларион. В 1894-м Гапон стал дьяконом. В том же году получил должность священника церкви в одной из деревень Полтавской губернии, в которой было очень мало прихожан. Здесь открылся истинный талант Георгия Гапона.

Священник читал проповеди, на которые стекалось множество народа. Он мгновенно приобрел популярность не только в своей деревне, но и в соседних. Он не занимался пустословием. Священник Гапон согласовывал свою жизнь с христианским учением - помогал беднякам, безвозмездно совершал духовные требы.

Популярность среди прихожан вызвала зависть священников из соседних церквей. Они обвиняли Гапона в похищении паствы. Он их - в лицемерии и фарисействе.

Санкт-Петербург

В 1898 году умерла жена Гапона. Детей священник оставил у родственников, сам же уехал в Санкт-Петербург - поступать в духовную академию. И на этот раз ему помог Но проучившись два года, Гапон понял, что знания, которые он получает в академии, не дают ответов на главные вопросы. Тогда уже он мечтал служить народу.

Гапон забросил учебу, уехал в Крым, долго размышлял над тем, не уйти ли в монахи. Однако в этот период познакомился с художником и литераторам который посоветовал ему работать на благо народа и сбросить рясу.

Общественная деятельность

Гапон не сбросил. Духовный сан не мешал заниматься общественной деятельностью, к которой он приступил по возвращении в Санкт-Петербург. Он начал участвовать в различных благотворительных мероприятиях, много проповедовал. Его слушателями стали рабочие, положение которых в начале XX века оставалось очень тяжелым. Это были представители самого незащищенного социального слоя: работа по 11 часов в день, сверхурочные, мизерная зарплата, невозможность высказывать свое мнение.

Митинги, демонстрации, протесты - все это было запрещено законом. И вдруг появился священник Гапон, который читал простые понятные проповеди, проникающее прямо в сердце. Послушать его собиралось множество людей. Число человек в церкви порой достигало двух тысяч.

Организации рабочих

Священник Гапон имел отношение к зубатовским организациям. Что это за объединения? В конце XIX столетия в России создавались рабочие организации, находящиеся под контролем полиции. Таким образом осуществлялась профилактика революционных настроений.

Сергей Зубатов был чиновником Пока он контролировал рабочее движение, Гапон был ограничен в действиях, он не мог свободно высказывать свои идеи. Но после того как Зубатова сняли с должности, священник начал двойную игру. Его отныне никто не контролировал.

В полицию он предоставлял сведения, согласно которым, в среде рабочих нет и намека на революционные настроения. Сам же читал проповеди, в которых все громче слышны были нотки протеста против чиновников и фабрикантов. Так продолжалось несколько лет. Вплоть до 1905 года.

Георгий Гапон обладал редким талантом оратора. Рабочие не просто ему верили - они видели в нем чуть ли не мессию, способного сделать их счастливыми. Он помогал нуждающимся деньгами, которые ему не удавалось раздобыть у чиновников и фабрикантов. Гапон способен был вызвать доверие у любого человека - и рабочего, и полицейского, и владельца завода.

С представителями пролетариата священник разговаривал на их языке. Иногда его речи, как утверждали современники, вызывали у рабочих состояние почти мистического экстаза. Даже в краткой биографии священника Гапона упоминаются события, произошедшее 9 января 1905 года. Что предшествовало мирному митингу, завершившему кровопролитием?

Петиция

6 января Георгия Гапон произнес перед рабочими Он говорил о том, что между рабочим и царем - чиновники, фабриканты и прочие кровопийцы. Он призывал обратиться непосредственно к правителю.

Священник Гапон составил петицию в красноречивом церковном стиле. От имени народа он обращался к царю с просьбой помочь, а именно утвердить так называемую программу пяти. Он призывал вывести народ из нищеты, невежества, гнета чиновников. Петиция завершалась словами "пусть жизнь наша станет жертвой для России". Эта фраза говорит о том, что Гапон понимал, чем может завершиться шествие к царскому дворцу. Кроме того, если в речи, которую священник прочитал 6 января, присутствовала надежда на то, что правитель услышит мольбы рабочих, то спустя уже два дня и он, и его приближенные мало в это верили. Все чаще он стал произносить фразу: "Если он не подпишет петицию, то у нас больше нет царя".

Священник Гапон и Кровавое воскресенье

Накануне шествия царь получил письмо от организатора предстоящего шествия. Отреагировал он на это послание приказом арестовать Гапона, что сделать оказалось не так просто. Священник чуть ли не круглосуточно был окружен фанатично преданными рабочими. Для того чтоб его задержать, нужно было принести в жертву не менее десяти полицейских.

Безусловно, Гапон был не единственным организатором этого мероприятия. Историки полагают, что это была тщательно спланированная акция. Но именно Гапон составил петицию. Именно он повел несколько сот рабочих 9 января к Дворцовой площади, понимая, что шествие закончится кровопролитием. При этом он призывал взять с собой жен, детей.

В этом мирном митинге приняли участие около 140 тысяч человек. Рабочие были безоружны, но у Дворцовой площади их ожидало войско, которое открыло огонь. Николай II и не думал рассматривать петицию. Более того, в тот день он находился в Царском Селе.

9 января погибло несколько сотен тысяч человек. Авторитет царя был окончательно подорван. Народ многое мог ему простить, но только не массовое убийство безоружных. К тому же среди погибших в Кровавое воскресенье были женщины и дети.

Гапон был ранен. После разгона шествия несколько рабочих и эсер Рутенберг отвезли его на квартиру к Максиму Горькому.

Жизнь за границей

После расстрела демонстрации священник Гапон скинул рясу, сбрил бороду и уехал в Женеву - тогдашний центр русских революционеров. Об организаторе шествия к царю знала к тому времени вся Европа. И социал-демократы, и эсеры мечтали заполучить в свои ряды человека, способного руководить рабочим движением. В умении влиять на толпу ему равных не было.

В Швейцарии Георгий Гапон встречался с революционерами, представителями различных партий. Но стать членом одной из организаций он не спешил. Лидер рабочего движения считал, что в России должна свершиться революция, но только он может стать ее организатором. По словам современников, это была личность, обладающая редким самолюбием, энергией и уверенностью в себе.

За границей Гапон встречался с Владимиром Лениным. Он был человеком, тесно связанным с рабочими массами, а потому будущий вождь тщательно готовился к разговору с ним. В мае 1905 года Гапон все же вступил в Однако его не ввели в центральный комитет и не посвятили в конспиративные дела. Это возмутило бывшего священника, и он порвал с эсерами.

Убийство

В начале 1906 года Гапон вернулся в Петербург. К тому времени события Первой русской революции были уже в разгаре, и он в этом сыграл не последнюю роль. Однако предводитель священник-революционер был убит 28 марта. Информация о его смерти появилась в газетах только в середине апреля. Его тело было найдено в загородном доме, принадлежавшем эсеру Петру Рутенбергу. Он и был убийцей лидера петербургских рабочих.

Портрет священника Гапона

На фото выше можно видеть человека, организовавшего шествие рабочих 9 января 1905 года. Портрет Гапона, составленный современниками: красивый мужчина невысокого роста, похож на цыгана или еврея. У него была яркая, запоминающаяся внешность. Но главное, священник Гапон обладал необыкновенным обаянием, способностью входить в доверие незнакомому человеку, находить общий язык с каждым.

Рутенберг признался в убийстве Гапона. Объяснил он свой поступок продажностью и предательством бывшего священника. Однако есть версия, что обвинение Гапона в двойной игре подстроил Евно Азеф — офицер полиции и один из предводителей эсеров. Именно этот человек в действительности был провокатором и предателем.