Роман «Мастер и Маргарита»". Открытое занятие по русскому языку и литературе на тему "М.А.Булгаков. Сведения из биографии писателя. Роман «Мастер и Маргарита»" III. Заключительное слово учителя

18.12.2019

Вопрос

Основная тема фельетонов, рассказов, повестей Булгакова 1920-х гг., говоря его же словами,-"бесчисленные уродства нашего быта". Главной мишенью сатирика явились многообразные искажения человеческой натуры под влиянием совершившейся общественной ломки ("Дьяволиада" (1924), "Роковые яйца" (1925)). В том же направлении движется авторская мысль и в сатирической повести "Собачье сердце" (1925 г.; первая публикация в 1987 г.). Все эти своеобразные "сигналы-предупреждения" писателя служили для одних его современников поводом к восхищению (М. Горький назвал "Роковые яйца" "остроумной вещью", для других - к категорическому отказу в публикации (Л. Б. Каменев о "Собачьем сердце": "это острый памфлет на современность, печатать ни в коем случае нельзя"). В названных повестях отчетливо обнаружилось своеобразие литературной манеры Булгакова-сатирика. Рубежом, отделяющим раннего Булгакова от зрелого, явился роман "Белая гвардия", две части которого были опубликованы И. Г. Лежневым в журнале "Россия" (1925, полностью роман вышел в Советском Союзе в 1966 г.). Этот роман был самой любимой вещью писателя. Позднее на основе романа и в содружестве с МХАТом Булгаков написал пьесу "Дни Турбиных" (1926), которая до известной степени является самостоятельным произведением. У нее своя примечательная судьба, предопределенная знаменитой мхатовской постановкой (премьера состоялась в 1926 г.). Именно она принесла Булгакову широкую известность. "Дни Турбиных" пользовались небывалым успехом у зрителя, но отнюдь не у критики, которая развернула разгромную кампанию против "апологетичного" по отношению к белому движению спектакля, а следовательно, и против "антисоветски" настроенного автора пьесы.

"Анализ повести М. А. Булгакова " Собачье сердце ""

М. А. Булгаков в литературу пришел уже в годы соетской власти. Он не был эмигрантом и на себе испытал все сложности и противоречия советской действительности 30-х годов. Детство и юность его связаны с Киевом, последующие годы жизни – с Москвой. В московский период жизни Булгаков был не только писателем, но и театральным деятелем, автором сценариев и постановок в московском художественном театре. Перу Булгакова принадлежат романы: "Белая гвардия", "Театральный роман", "Мастер и Маргарита".

Тема дисгармонии, доведенной до абсурда благодаря вмешательству человека вечные законы природы, с блестящим мастерством и талантом раскрыта Булгаковым в повести "Собачье сердце".

Вечная проблема лучших умов в России - взаимоотношения интеллигенции и народа. Какова роль интеллигенции, каково ее участие в судьбах народа - над этим и заставил задуматься читателя автор рассказа в далекие 20-ые годы. В рассказе - элементы фантастики сочетаются с бытовым фоном. Профессор Преображенский - демократ по происхождению и убеждениям, типичный московский интеллигент. Он свято хранит традиции студентов Московского университета: служить науке, помогать человеку и не навредить ему, дорожить жизнью любого человека - хорошего и плохого. Его помощник доктор Борменталь благовейно относится к своему учителю, восхищается его талантом, мастерством, человеческими качествами. Но в нем нет той выдержки, того святого служения идеям гуманизма, какие мы видим у Преображенского.

Борменталь способен разгневаться, возмутиться, даже применить силу, если это нужно для пользы дела. И вот эти два человека совершают невиданный в мировой науке эксперимент - пересаживают бродячему псу гипофиз человека. Результат получился с научной точки зрения неожиданный и феноменальный, но в бытовом, житейском плане он привел к самым плачевным результатам. Сформированное таким образом существо имеет облик своего человеческого донора - Клима Чугункина - трактирного балалаечника, пьяницы и дебошира, убитого в драке. Этот гибрид груб, неразвит, самонадеян и нагл. Он во что бы то ни стало хочет выбиться в люди, стать не хуже других. Но он не может понять, что для этого надо проделать путь долгого духовного развития, требуется труд по развитию интеллекта, кругозора, овладение знаниями. Полиграф Полиграфович Шариков (так теперь называют существо) надевает лакированные ботинки и ядовитого цвета галстук, а в остальном его костюм грязен, неопрятен, безвкусен. Он при помощи управляющего домами Швондера прописывается в квартире Преображенского, требует положенные ему "шестнадцать аршин" жилплощади, даже пытается привести в дом жену.

Он считает, что повышает свой идейный уровень: читает книгу, рекомендованную Швондером - переписку Энгельса с Каутским. С точки зрения Преображенского - все это блеф, пустые потуги, которые никоим образом не способствуют умственному и духовному развитию Шарикова. Но с точки зрения Швондера и ему подобных - Шариков является вполне подходящим для того общества, которое они с таким пафосом и упоением создают. олне подходящим для того общества, которое они с таким пафосом и упоением создают. Шарикова даже взяли на работу в государственное учреждение, сделали его маленьким начальником. Для него же стать начальником - значит преобразиться внешне, получить власть над людьми. Так оно и происходит. Он теперь одет в кожаную куртку и сапоги, ездит на государственной машине, распоряжается судьбой бедной девушки-секретарши.

Профессор Преображенский все-таки не оставляет мысли сделать из Шарикова человека. Он надеется на эволюцию, постепенное развитие. Но развития нет и не будет, если сам человек к нему не стремится. На деле вся жизнь профессора превращается в сплошной кошмар. В доме нет ни покоя, ни порядка. Целыми днями слышны нецензурная брань и балалаечное треньканье; Шариков является домой пьяным, пристает к женщинам, ломает и крушит все вокруг. Он стал грозой не только для обитателей квартиры, но и для жильцов всего дома. А что способны натворить Шариковы, если дать им в жизни полную волю? Страшно представить себе картину той жизни, которую они способны сотворить вокруг себя.

Так благие намерения Преображенского оборачиваются трагедией. Он приходит к выводу, что насильственное вмешательство в природу человека и общества приводит к катастрофическим результатам. В повести "Собачье сердце" профессор исправляет свою ошибку - Шариков снова превращается в пса. Он доволен своей судьбой и самим собой. Но в жизни подобные эксперименты необратимы. И Булгаков сумел предупредить об этом в самом начале тех разрушительных преобразований, которые начались в нашей стране в 1917-ом году.

В X. о. описано подмосковное имение князей Юсуповых Архангельское, после революции превращенное в санаторий и музей.

Пожар в усадьбе, возможно, навеян пожаром усадьбы Муравишниково недалеко от села Никольского в Сычевском уезде Смоленской губернии, где Булгаков был земским врачом в 1916-1917 гг. Пожар этот случился вскоре после Февральской революции по невыясненным причинам.

Одним из прототипов главного героя X. о. князя Тугай-Бега, вероятно, послужил персонаж романа польского писателя Г. Сенкевича "Пан Володыевский" (1888) татарин Азия Тугайбеевич, сын татарского предводителя Тугай-бея, убитого в 1651 г. поляками в битве при Берестечко.

Азия стал польским шляхтичем, но затем предал свою новую родину, сжег польское местечко и присоединился к татаро-турецким войскам. За свою измену Тугайбеевич заплатил страшной смертью на колу, куда его посадил сын убитого Азией шляхтича.

У Булгакова князь Тугай-Бег - потомок повелителя Малой Орды Хана Тугая. Он сжигает усадьбу, дабы народу не достались плоды культуры, в ней накопленные. Тугай-Бег при посещении музея-усадьбы выдает себя за иностранца, на поверку оказавшись русским эмигрантом.

"Пожилой богатый господин-иностранец, в золотых очках колесами, широком светлом пальто, с тростью" в X. о. - прямой предшественник "иностранца" Воланда в "Мастере и Маргарите", представляющегося литераторам на Патриарших прибывшим издалека профессором черной магии (в ответ Иван Бездомный и Михаил Александрович Берлиоз тотчас заподозрили в нем иностранного шпиона или белоэмигранта).

Характерно, что в другом месте X. о. подчеркивается серый цвет пальто у Тугай-Бега - намек на его инфернальность. Ведь дьявол - это "Некто в сером, именуемый Он", если воспользоваться образом пьесы Леонида Андреева (1871-1919) "Жизнь человека" (1907).

Одеяние князя в X. о. сближает его с Воландом: в "Мастере и Маргарите" сатана "в дорогом сером костюме, в заграничных, в цвет костюма туфлях. Серый берет он лихо заломил на ухо, под мышкой нес трость с черным набалдашником в виде головы пуделя".

Князь в X. о. проклинает бывший свой дворец: "Народное так народное, черт их бери", а в финале усадьба "Ханская Ставка" действительно достается черту: Тугай-Бег ее поджигает. Тем самым предвосхищен пожар в "Мастере и Маргарите", где в огне, зажженном подручными Воланда, гибнет Дом Грибоедова.

В X. о. впервые в булгаковском творчестве встречается мотив человека-тени, человека, мертвого при жизни, получивший дальнейшее развитие в пьесе "Зойкина квартира" (1926), где мы встречаемся с Мертвым телом - тоже "бывшим", как и Тугай-Бег, только топящим свою злобу в вине. В X. о. князь, которому ночью в усадьбе кажется, что оживают портреты на стенах и фотографии в шкафах, бормочет: " - Одно, одно из двух: или это мертво... а он... тот... этот... жив... или я... не поймешь...
Тугай провел по волосам, повернулся, увидал идущего к шкафу, подумал невольно: "я постарел", - опять забормотал: - По живой моей крови, среди всего живого шли и топтали, как по мертвому. Может быть, действительно я мертв? Я - тень? Но ведь я живу, - Тугай вопросительно посмотрел на Александра I, - я все ощущаю, чувствую. Ясно чувствую боль, но больше всего ярость. - Тугаю показалось, что голый мелькнул в темном зале, холод ненависти прошел у Тугая по суставам. - Я жалею, что я не застрелил. Жалею. - Ярость начала накипать в нем, и язык пересох".

Похожим образом в "Мастере и Маргарите" после сеанса черной магии в Театре Варьете финдиректор Римский находит в своем кабинете администратора Варенуху, не отбрасывающего тени, и рассказывающего ему фантастическую историю о похождениях директора Театра Варьете Степана Богдановича Лиходеева. Против Лиходеева у Римского нарастает давно копившаяся ярость, пока он не обнаруживает, что Варенуха не отбрасывает тени и видит в окне голую Геллу, сознавая, наконец, что столкнулся с нечистой силой.

Усадьба Юсуповых послужила прототипом усадьбы в X. о., вероятно, потому, что Булгаков специально интересовался историей убийства Григория Ефимовича Распутина (Новых), (1872-1916), в котором видную роль играл князь Феликс Феликсович Юсупов (младший) (1887-1967).

В 1921 г. автор X. о. собирался писать пьесу о Распутине и Николае II (1868-1918). В письме матери, В. М. Булгаковой, в Киев 17 ноября 1921 г. он просил передать сестре Наде: "...Нужен весь материал для исторической драмы - все, что касается Николая и Распутина в период 16-и 17-го годов (убийство и переворот). Газеты, описание дворца, мемуары, а больше всего "Дневник" Пуришкевича (Владимир Митрофанович Пуришкевич (1870-1920), один из лидеров крайне правых в Государственной Думе, монархист, совместно с князем Ф. Ф. Юсуповым и великим князем Дмитрием Павловичем (1891-1942) организовал убийство Г. Е. Распутина в декабре 1916 г., подробно описанное в посмертно изданном дневнике) - до зарезу! Описание костюмов, портреты, воспоминания и т. д... Лелею мысль создать грандиозную драму в 5 актах к концу 22-го года. Уже готовы некоторые наброски и планы. Мысль меня увлекает безумно... Конечно, при той иссушающей работе, которую я веду, мне никогда не удастся написать ничего путного, но дорога хоть мечта и работа над ней. Если дневник попадет в руки ей (Наде) временно, прошу немедленно теперь же списать дословно из него все, что касается убийства с граммофоном (граммофон должен был заглушить звук выстрелов, а до этого создать у Распутина впечатление, что в помещении по соседству находится жена Ф. Ф. Юсупова Ирина Александровна Юсупова (1895-1970), внучка Александра III (1845-1894) и племянница Николая II, которую вожделел "старец" Григорий), заговора Феликса и Пуришкевича, докладов Пуришкевича Николаю, личности Николая Михайловича (речь идет о великом князе Николае Михайловиче (1859-1919), председателе Русского исторического общества расстрелянном в ходе красного террора), и послать мне в письмах, (я думаю, можно? Озаглавив "Материал драмы"?) (Здесь - намек на широко распространенную перлюстрацию писем.)"

Однако пьесу о Распутине и Николае II Булгаков так и не написал. Само обращение автора X. о. к этой теме достаточно говорит о его разочаровании в монархии. По цензурным условиям того времени в произведении любого жанра Николая II и других представителей семьи Романовых можно было изображать только негативно. Но и сам Булгаков относился к свергнутой династии в начале 20-х годов очень плохо. В дневниковой записи 15 апреля 1924 г. он в сердцах выразился грубо и прямо: "Черт бы взял всех Романовых! Их не хватало".

Неосуществленный замысел исторической пьесы, очевидно, отразился в X. о. Здесь присутствует достаточно сильная антимонархическая тенденция. Николай II на фотографии описывается как "невзрачный, с бородкой и усами, похожий на полкового врача человек". На портрете Александра I (1777-1825) "лысая голова коварно улыбалась в дыму". Николай I (1796-1855) - это "белолосинный генерал". Его любовницей была когда-то старая княгиня, "неистощимая в развратной выдумке, носившая всю жизнь две славы - ослепительной красавицы и жуткой Мессалины". Она вполне могла бы оказаться среди выдающихся развратниц на Великом балу у сатаны, вместе с казненной в 48 г. распутной женой римского императора Клавдия I (10 до н. э. - 54 н. э.) Валерией Мессалиной.

Николай II сатирически изображен и в последней булгаковской пьесе "Батум". Тесно же связанный родством с императорской фамилией князь Тугай-Бег представлен как человек, обреченный на вымирание, не оставивший потомства и опасный для общества своей готовностью уничтожить семейное гнездо, лишь бы оно не стало достоянием тех, кого князь ненавидит. Его, если не черт взял, как желал Булгаков Романовым, то, безусловно, черт принес.

Прототипом князя Антона Ивановича Тугай-Бега мог быть отец и полный тезка убийцы Распутина князь Феликс Феликсович Юсупов (старший, урожденный граф Сумароков-Эльстон) (1856-1928). В 1923 г., когда происходит действие X. о., ему было 67 лет.

Жена старшего Юсупова, Зинаида Николаевна Юсупова (1861-1939), в то время была еще жива, но Булгаков "заставил" жену героя X. о. скончаться раньше, чтобы оставить его в полном одиночестве, как позднее Понтия Пилата и Воланда в "Мастере и Маргарите" (вспомним слова Воланда на Патриарших: "Один, один, я всегда один").

Упоминаемый в X. о. младший брат Тугай-Бега Павел Иванович, служивший в конных гренадерах и погибший на войне с немцами имеет своим возможным прототипом старшего брата Ф. Ф. Юсупова (младшего) графа Николая Феликсовича Сумарокова-Эльстона (1883-1908), готовившегося поступить на службу в Кавалергардский корпус, но убитого на дуэли поручиком Кавалергардского полка графом А. Э. Мантейфелем, происходившим из прибалтийских немцев.

По характеристике исследователя В. Лакшина, роман Булгакова "Белая гвардия" представляет собой «нечто... подлинное, обаятельное и самобытное». На первый план в романе выдвигается не классовое начало, а человеческое. Позиция автора – на стороне вечности, поднимающей его над схваткой. "Белая гвардия" – это лирический роман-исповедь о русской истории, который, по словам автора, выявил «те тайные изгибы, по которым бежит и прячется душа человеческая».

Главная тема романа – судьба послереволюционной России, ее культуры и интеллигенции. В центре повествования – судьба семьи Турбиных, Гражданская война в России. Но книг о революции и Гражданской войне в то время было немало. Поэтому большое значение имеет позиция, с которой написан роман. Сам автор, приступая к созданию произведения, ставил целью «упорное изображение русской интеллигенции как лучшего слоя в нашей стране. В частности, изображение интеллигентско-дворянской семьи, волею непреложной исторической судьбы брошенной в годы Гражданской войны в лагерь белой гвардии, в традициях «Войны и мира».

На допросе в ОГПУ, на который Булгаков попал из-за своего романа, писатель сказал: «Я остро интересуюсь бытом интеллигенции русской, люблю ее, считаю хотя и слабым, но очень важным слоем в стране. Судьбы ее мне близки, переживания дороги». Однако в своем романе этот «слабый» слой Булгаков сумел оценить как талантливый продолжатель традиций школы Л.Н. Толстого.

Называя слой интеллигенции «лучшим», Булгаков вовсе не имел в виду то, что он лучше и выше всех и может вершить судьбы тех, кто находится ниже. В "Белой гвардии" автор самокритично рассуждает о трагедии русской интеллигенции, многое в ней осуждая, главным образом, ее народолюбие. Ведь не секрет, что представители интеллигенции весь народ, как понятие отвлеченное, обожали, а каждого его конкретного представителя считали хамом и вором. В записях Булгакова содержится открытый вызов образованному сословию: «Мучительно думать, что в стране, давшей Пушкина и Гоголя, существуют десятки миллионов людей, никогда не слыхавших о них».

В "Белой гвардии" Булгаков показал ту часть интеллигенции, которая по собственной вине оказалась в историческом тупике. Ее представители вольно или невольно способствовали разрушению государства и культуры. По ее вине погибло немало честных людей. Автор романа и его близкие на собственном опыте убедились, что удар, обрушившийся на интеллигенцию был заранее спланирован и рассчитан. Писатель был свидетелем того, как поредевшие от изнурительной борьбы то с красным, то с белым террором, от голода и болезней, ряды интеллигенции стремились в эмиграцию.

Писатель в романе выступает не только как адвокат интеллигенции, но и как прокурор. Псевдоинтеллигенты типа Шполянского, Тальберга и Лисовича сыграли, по мнению Булгакова, роковую роль в истории российской смуты. Роль народа в этом романе также неоднозначна, с одной стороны, людские массы сравниваются с «черным морем», с «черной рекой», а с другой стороны, Булгаков отражает на страницах романа извечные чувства справедливости и доброты народа. Так, убитый на Первой мировой войне вахмистр Жилин предстает во сне Алексея Турбина как «светозарный рыцарь».

Испугавшаяся реального народа, разделенная различными партиями значительная часть русских людей, носителей духовной культуры, теряла веру в родину и будущее, понимая, что это великий грех. И перед представителями интеллигенции со всей остротой встал актуальный во все времена вопрос: «Что делать?» Этот вопрос ставит Булгаков перед героями своего романа.

Создавая роман, Булгаков старался как можно правдивее передать историческую действительность. На примере Турбиных он показал, что трагический тупик – это неизбежный виток судьбы, что русской интеллигенции нужно расстаться с иллюзиями и мечтами о светлом мире социальной справедливости и победе демократии, посмотреть правде в глаза и, постаравшись уйти от отчаяния, попытаться найти выход из создавшегося положения. Сам Булгаков ко времени написания романа уже распрощался с иллюзиями, подтверждением чего служит одна из его сохранившихся записей: «Надвигается новое, совершенно неизведанное страшное... Просто даже если в окна посмотреть, сразу чувствуется, что ничего уже не будет...» Такие же предчувствия терзают душу молодого врача Алексея Турбина. Пусть не сразу, но он поймет, что назад пути нет. И к этому выводу его, как и других героев романа, подводит само время.

Семья Турбиных, два брата и сестра, в каждом из которых по-своему преломляются родовые черты, пытается решить вопрос, как жить. Опорой семьи в романе является Елена, воплощение женственности, уюта, преданности, которая тщетно пытается сохранить прежний нравственный уклад дома. На ее фоне старший брат, Алексей Турбин, на долю которого падает основной груз смятения и растерянности, выглядит человеком, которому с трудом дается определенная линия поведения. Восемнадцатилетний Николка, в отличие от него, более активно ищет свое место в событиях, способен к активным самостоятельным действиям.

Революция и Гражданская война поставили интеллигенцию перед выбором: «за» или «против». Поэтому конфликт в романе "Белая гвардия" определился двояко: столкновением действующих лиц с исторической действительностью и противостоянием вечных понятий – добра и зла, гуманизма и жестокости. Лучшие люди своего времени, такие как полковник Малышев и полковник Най-Турс, трагически воспринимают крушение идеалов. Малышев, видя что все попытки спасти Город оказываются безрезультатными, понимает – защищать некого и не от кого, и распускает дивизион, спасая таким образом сотни молодых жизней. Прикрывая студентов и юнкеров, гибнет и Най-Турс. Алексей Турбин все происходящие события переживает с мучительной болью. Пережив и осмыслив все происходящее, он приходит к мысли о том, что революция – это не борьба за высокую идею народного счастья, а бессмысленное кровопролитие. И так думает не только он. «Революция уже выродилась в пугачевщину», – говорит инженер Лисович Карасю. Но главную опасность для общества Василиса видит не столько в уничтожении материальных ценностей, сколько в разрушении моральных устоев: «Да ведь дело, голубчик, не в одной сигнализации! Никакой сигнализацией вы не остановите того развала и разложения, которые свили теперь гнездо в душах человеческих...»

Но несмотря ни на что, позиция автора оптимистична. На примере Турбиных он показывает, что ни войны, ни революции не в состоянии уничтожить Красоту, потому что она составляет основу человеческого бытия. Турбины, следуя завету Пушкина, сумели сберечь честь смолоду и потому выстояли, многое потеряв и дорого заплатив за ошибки и наивность. Прозрение, пусть позднее, все же пришло. Жизнь замечательной книги, ее героев и автора продолжалась, но, как всегда, перетекла в другое русло.

Роман “Мастер и Маргарита” впервые вышел в свет зимой 1966-1967 года. Этот роман, реалистический, фантастический, гротескный, с такими неожиданными для той атеистической эпохи образами дьявола и Иешуа Га-Ноцри, сразу же вызвал огромный интерес.
С первых страниц читатель сразу улавливает в романе сатирические нотки, но, на мой взгляд, главное в романе - философские проблемы: мысли о добре и зле, о неотвратимости наказания, о выборе каждого человека. Свой выбор делают в этом романе все: от Иешуа до Мастера. Каждый герой, хочет он того или нет, стоит перед проблемой выбора, он сам выбирает свой путь. От этого в дальнейшем зависит его жизнь. Но обратимся к роману, рассмотрев судьбы его героев.
Иешуа Га-Ноцри - булгаковский Иисус - в романе показан обычным человеком со своими страхами и слабостями. Мы можем даже сказать, что он слаб, если бы не его вера. Его сила состоит в том, что он выбрал свой путь и не отступил от него. Иешуа считал, что все люди на земле рождаются добрыми, лишь жестокое отношение может сделать человека жестоким. Он говорит так даже о тех, кто избил его, кто предал его, для него все люди добры, даже предатель Иуда, палач Крысолов. Иешуа произносит слова о будущем царстве “истины и справедливости”, но оставляет это царство открытым абсолютно для всех.
Понтии Пилат - полная ему противоположность. Он наделен властью, его почитают и боятся. Но и он становится перед выбором. Сам Пилат пытается сделать доброе дело, не порывая со злом: прокуратор стремится помиловать невинного Иешуа, но вынужден утвердить приговор, опасаясь доноса. У Понтия Пилата не хватает силы духа сделать добро. Он остается на стороне зла. Смерть невинного Иешуа становится непосильным грузом для совести Пилата, приводит его к раскаянию. Пилат в конечном счете понимает справедливость учения Иешуа Га-Ноцри и начинает действовать в его интересах (Понтий Пилат организует убийство Иуды). Но смерть Иуды не снимает бремени с совести прокуратора. Иешуа оказался прав. Не новое убийство, а глубокое искреннее раскаяние в содеянном в конце концов приносят Пилату прощение. Не только евангельские герои отвечают за свои грехи. К примеру, Берлиоз. Председатель МАССОЛИТа обречен на смерть, поскольку самонадеянно полагал, что его знания позволяют ему не только отрицать существование Бога и дьявола, но и вообще нравственные устои жизни. Для этого образованного редактора действительно нет ничего святого, и за это следует наказание.
М. А. Булгаков ставит Мастера, одного из главных действующих лиц, перед выбором - добро или зло. Как и Понтий Пилат, Мастер оказывается на стороне зла, но не из-за трусости, а потому что им движут малодушие и слабость. Мастер не смог до конца вынести испытания, выпавшие на его долю. Он действительно не пошел ни на какие компромиссы в своем творчестве. Но в то же время отказался от борьбы за свое произведение и не смог больше творить. Мастер не готов бороться, ведь он - художник. Каждый должен быть самим собой. И Мастер, более чем кто бы то ни было, остался самим собой - воплощением безмерной силы и безмерной слабости творчества.
Но не все герои романа выбирают зло, руководствуясь страхом и трусостью. Такой предстает перед нами Маргарита. Она берет на себя активную роль и пытается вести ту борьбу, от которой отказывается Мастер. Когда силы зла наделяют Маргариту сверхъестественными качествами -летать и быть невидимой - она использует это для мести. Только угроза гибели ребенка останавливает ее. Всепоглощающая любовь к Мастеру и ожесточение против окружающей лжи - основные черты булгаковской Маргариты. У нее нет веры, но эту веру в ней заменяет любовь к Мастеру. Мне кажется, что Маргарита, как и Иешуа, делает правильный выбор, хотя оказывается на стороне сил тьмы, потому что ее выбор никому не приносит горя и страдания. Маргарита в романе Булгакова стала прекрасным обобщенным поэтическим образом любящей женщины.
В романе “Мастер и Маргарита” никто не совершает грехов по подсказке. Свои грехи и преступления, большие и малые, так же как и свой подвиг, каждый совершает сам, по собственному душевному побуждению. И каждый в ответе за свои поступки.

Драматургия М.А. Булгакова

Творчество М.А. Булгакова представляет широкий спектр взаимодействий и связей с предшественниками. О приверженности Булгакова-драматурга чеховской традиции в период создания "Дней Турбиных" впервые заявили сразу после премьеры знаменитого спектакля по пьесе Булгакова.

Непосредственный интерес Булгакова-художника к культурной традиции вообще, и литературной традиции Чехова, в частности, проявляется уже на этапе создания романа "Белая гвардия". В центре романа - мир интеллигенции, сознание русского человека, обогащённое ценностями культуры ушедшего века. Художественная задача Булгакова связана с изучением того, как проверяются эти ценности и их носители в сложных обстоятельствах новой исторической эпохи. Булгаков исследует лучший, по его мнению, слой в стране, показывает на примере своих героев скрытые внутренние конфликты в мире русской интеллигенции. Герои "Белой гвардии" (Алексей, Елена), рефлексирующие интеллигенты, находящиеся в трагическом разладе с собой и действительностью, типологически близки чеховским персонажам. В романе возникает тема личной вины за страшные события эпохи ("Все мы в кровиповинны", -шепчет в молитве Елена). Появление этой темы в романе "Белая гвардия" и ранних вариантах пьесы связано с осмыслением традиции Чехова.

В апреле 1925 г. Булгакову (1891 – 1940) было сделано предложение инсценировать роман "Белая гвардия" для Художественного театра. Первая редакция пьесы была завершена в сентябре того же года и называлась, как и роман, "Белая гвардия", в ней автор сохранил в неприкосновенности основные события романа, его героев и его концепцию. Театр, по словам автора, потребовал "коренной ломки пьесы, граничащей, в сущности, с созданием новой". В январе 1926 г. Булгаков заканчивает вторую редакцию; в августе-сентябре того же года складывается третья редакция, ставшая окончательной. Переработка романа в пьесу осуществлялась в процессе совместной работы с коллективом театра. В результате давления так называемых "соавторов" возникло произведение не только отвечавшее требованиям сцены, но и в значительной степени упрощавшее трагедию Турбиных.

События пьесы по продолжительности совпадают с романными. Но в пьесе время сжимается примерно до трех суток, а точнее сказать, до трех вечеров и одного утра. Это соответствует четырем действиям драмы и усиливает напряженность ситуации. Сократилось в пьесе и художественное пространство. В романе "Белая гвардия" очерчены три пространственных круга: это квартиры Турбиных и инженера Лисовича и не менее значительное пространство - пространство Истории.

В пьесе историческую панораму заменяют две сцены второго акта (в кабинете гетмана во дворце и в штабе "1-й кiнной дивизии", у Болботуна) и первая сцена третьего акта (Александровская гимназия). Пьеса таким образом сохранила признаки исторической хроники, но ее композиционным центром стал дом Турбиных. Это повлекло за собой изменение личностно-психологического плана, потребовало усилить его связь с национально-исторической проблематикой, изменило характер драматургического конфликта.

МХАТ воспринял булгаковскую пьесу в контексте родственной театру чеховской драмы. О Чехове напоминали многие мотивы пьесы, а также умение молодого драматурга создать образ настроения, окрашивающего сцену или даже целый акт, усилить его звуковым или музыкальным сопровождением. О Чехове напоминала любовь Булгакова к "сценам-ансамблям". Но сходство лишь подчеркивало момент расхождения начинающего драматурга с чеховской традицией. Это особенно ощущается на уровне конфликта.

Как известно, столкновения между действующими лицами в чеховских пьесах не являются основой драматического конфликта, потому что Чехов "рассматривает характеры и судьбы своих героев и героинь в отношении не столько к окружающей социальной среде, сколько к общему состоянию мира" - к социальной обстановке в стране в целом".

У Булгакова враждебность между персонажами (Турбиными и Тальбергом) или исход любовной ситуации (Елена, Тальберг, Шервинский) также не приобретают в пьесе первостепенного значения. Но чеховское "общее состояние мира" у Булгакова вторгается в сценическое пространство. Драматург переводит проблему трагического столкновения с судьбой из символического в реальный план, вынуждает героев к прямому участию, к выбору, к поступку (начиная от такого, как предложение Шервинского Елене, и кончая героической смертью Алексея Турбина). Присутствие типично чеховского недотепы Лариосика только подчеркивает отклонение драматурга от чеховского пути.

Прямая соотнесенность персонажей с планом Истории заставляет Булгакова трансформировать и чеховский тип психологизма. Как и Чехов, Булгаков превосходно передает повседневное самочувствие действующих лиц, их эмоционально окрашенные размышления, которые, подобно внутренним монологам у Льва Толстого, непосредственно передают работу, идущую в человеческих душах. Но в пьесе Булгакова эта работа связана не с впечатлениями от мелких событий повседневности, как у Чехова, а с реакцией на ход Истории. При этом она принимает формы выражения политической позиции (в монологах Алексея Турбина, Мышлаевского, в высказываниях Студзинского). История вторгается в повседневную жизньТурбиных, по существу становится главным содержанием этой жизни. Как только открывается занавес, она дает о себе знать песней Николки ("Хуже слухи каждый час./Петлюра идет на нас!"), выстрелами пушек где-то под Святошином, все время гаснущим электричеством, проходящей по улице воинской частью; она проникает в речь действующих лиц, определяет их поведение, проявляется в состоянии Елены, нетерпеливо ожидающей своего мужа, в поведении Тальберга, Лариосика, в рассказе Мышлаевского о положении на фронте, становится сутью разговора на "последнем ужине дивизиона", а затем выплескивается в эпицентр - сцену в Александровской гимназии.

Таким образом, Дом Турбиных принимает на себя более значительный, чем в романе, груз национально-исторической проблематики. Чтобы подчеркнуть особое место ДомаТурбиных в драматургическом пространстве пьесы, Булгаков отказался от введения в пьесу семьи Лисовичей. Удачно найденный сюжетный ход - возвращение Тальберга в момент объявления о разводе и предстоящей свадьбы Елены и Шервинского - способствует его посрамлению и вместе с тем, укрупняя линию Тальберга, делает ненужным присутствие в пьесе дублирующей линии Лисовичей.

Но изменение системы персонажей выразилось не только в "удалении" Лисовичей. Теперь в центре ее оказались не молодые Турбины, а три белогвардейских офицера: Алексей Турбин, Мышлаевский и Студзинский, олицетворяющие три возможных для офицера пути в условиях революции. Это гибель, освобождающая от выбора, шаг навстречу большевикам и третья дорога, ведущая в тупик. Выбирающий ее Студзинский из эпизодического персонажа становится одним из главных действующих лиц.

Алексей Турбин, доктор, мятущийся интеллигент, превратился в пьесе в полковника, командира артиллерийского дивизиона, вытеснив романного Малышева. В Алексее воплощены также, особенно в последние моменты жизни, чистота и благородство Най-Турса.

Полковник Алексей Турбин наиболее сознательно и обостренно реагирует на ситуацию, а потому его позиция раскрывается напрямую. Его сильнейшим образом волнуют события на Украине, он разочарован в действиях гетмана, который стал "ломать эту чертову комедию с украинизацией", он видит разложение белого офицерства во главе с "гвардейской штабной оравой", предрекает гибель белого движения. В последнем акте Мышлаевский с его решительными выводами как бы замещает полковника Турбина.

Таким образом, пьеса в отличие от романа выражает идею обреченности старого мира вообще и белогвардейского движения в первую очередь. У персонажей появляется уверенность в возникновении "новой России". Лучшие представители белой гвардии признают историческую правоту большевиков. Поэтому не кажется странным мнение Сталина, что "Дни Турбиных" дают "больше пользы, чем вреда", оставляя у зрителя впечатление, «благоприятное для большевиков: "если даже такие люди, как Турбины, вынуждены сложить оружие значит, большевики непобедимы..."».

Так ли воспринимала пьесу публика?

"Просоветский" идеологический план, прямо обозначенный в пьесе, смягчается ее особой жанровой природой, восходящей к чеховским новациям. Речь идет о постоянной корректировке идеологического начала вторжением комического и лирического. Так, идеологическое самоопределение Алексея Турбина, проникнутое трагическим пафосом, происходит на фоне пьяной пирушки. Его тосту за встречу с большевиками сопутствует комическое интермеццо Лариосика ("Жажду встречи,/Клятвы, речи..."). Акт завершается лирической сценой (объяснение Елены с Шервинским), но и она прерывается эпизодом комедийным - пробуждением пьяного Лариосика. Возникший в первом акте мотив предательства и бегства (Тальберг, уход немецких войск) травестируется опереточным мотивом переодевания (бегство гетмана, которого "выносят" из дворца с забинтованной головой в немецкой форме; переодевания Шервинского).

Творчество М.А. Булгакова представляет широкий спектр взаимодействий и связей с предшественниками. О приверженности Булгакова-драматурга чеховской традиции в период создания "Дней Турбиных" впервые заявили сразу после премьеры знаменитого спектакля по пьесе Булгакова.

Непосредственный интерес Булгакова-художника к культурной традиции вообще, и литературной традиции Чехова, в частности, проявляется уже на этапе создания романа "Белая гвардия". В центре романа - мир интеллигенции, сознание русского человека, обогащённое ценностями культуры ушедшего века. Художественная задача Булгакова связана с изучением того, как проверяются эти ценности и их носители в сложных обстоятельствах новой исторической эпохи. Булгаков исследует лучший, по его мнению, слой в стране, показывает на примере своих героев скрытые внутренние конфликты в мире русской интеллигенции. Герои "Белой гвардии" (Алексей, Елена), рефлексирующие интеллигенты, находящиеся в трагическом разладе с собой и действительностью, типологически близки чеховским персонажам. В романе возникает тема личной вины за страшные события эпохи ("Все мы в крови повинны", - шепчет в молитве Елена). Появление этой темы в романе "Белая гвардия" и ранних вариантах пьесы связано с осмыслением традиции Чехова.

В апреле 1925 г. Булгакову (1891 – 1940) было сделано предложение инсценировать роман "Белая гвардия" для Художественного театра. Первая редакция пьесы была завершена в сентябре того же года и называлась, как и роман, "Белая гвардия", в ней автор сохранил в неприкосновенности основные события романа, его героев и его концепцию. Театр, по словам автора, потребовал "коренной ломки пьесы, граничащей, в сущности, с созданием новой". В январе 1926 г. Булгаков заканчивает вторую редакцию; в августе-сентябре того же года складывается третья редакция, ставшая окончательной. Переработка романа в пьесу осуществлялась в процессе совместной работы с коллективом театра. В результате давления так называемых "соавторов" возникло произведение не только отвечавшее требованиям сцены, но и в значительной степени упрощавшее трагедию Турбиных.

Прямая соотнесенность персонажей с планом Истории заставляет Булгакова трансформировать и чеховский тип психологизма. Как и Чехов, Булгаков превосходно передает повседневное самочувствие действующих лиц, их эмоционально окрашенные размышления, которые, подобно внутренним монологам у Льва Толстого, непосредственно передают работу, идущую в человеческих душах. Но в пьесе Булгакова эта работа связана не с впечатлениями от мелких событий повседневности, как у Чехова, а с реакцией на ход Истории. При этом она принимает формы выражения политической позиции (в монологах Алексея Турбина, Мышлаевского, в высказываниях Студзинского). История вторгается в повседневную жизнь Турбиных, по существу становится главным содержанием этой жизни. Как только открывается занавес, она дает о себе знать песней Николки ("Хуже слухи каждый час/Петлюра идет на нас!"), выстрелами пушек где-то под Святошином, все время гаснущим электричеством, проходящей по улице воинской частью; она проникает в речь действующих лиц, определяет их поведение, проявляется в состоянии Елены, нетерпеливо ожидающей своего мужа, в поведении Тальберга, Лариосика, в рассказе Мышлаевского о положении на фронте, становится сутью разговора на "последнем ужине дивизиона", а затем выплескивается в эпицентр - сцену в Александровской гимназии.

Таким образом, Дом Турбиных принимает на себя более значительный, чем в романе, груз национально-исторической проблематики. Чтобы подчеркнуть особое место Дома Турбиных в драматургическом пространстве пьесы, Булгаков отказался от введения в пьесу семьи Лисовичей. Удачно найденный сюжетный ход - возвращение Тальберга в момент объявления о разводе и предстоящей свадьбы Елены и Шервинского - способствует его посрамлению и вместе с тем, укрупняя линию Тальберга, делает ненужным присутствие в пьесе дублирующей линии Лисовичей.

Так ли воспринимала пьесу публика?

Трагическое начало достигает своей кульминации в первой картине третьего акта. Это сцена в Александровской гимназии, где Алексей Турбин отказывается посылать людей на смерть, признавая тем самым, что человеческая жизнь важнее любой идеи, что она самоценна. Но за собой он не может признать права на жизнь любой ценой. Чувство чести заставляет его искать смерти. Трагическую однотонность сцены разрушает трагикомический выход гимназического сторожа Максима, в одиночестве оставшегося защищать гимназию ("господин директор приказал"). Его появление вносит булгаковскую "странную язвительную усмешку" в трагедию полковника Турбина.

Казалось бы, сцена в Александровской гимназии - это не только кульминация, но и развязка действия, финал драмы. У Булгакова же следом за ней появляется еще один, четвертый акт, как бы воспроизводящий ситуацию первого.

Кольцевая композиция - это один из признаков того, что сценическое действие у Булгакова, хотя и принимает формы прямого столкновения с Историей, не в меньшей степени выражается в сфере "внутреннего действия", как и у Чехова.

Первый акт - канун трагических событий, бегство Тальберга и отчаянная пирушка перед боем с петлюровцами, когда выясняется, что завтра в бой, но неизвестно за кого и за что. Последний акт - эпилог одних и канун новых трагических событий. Ёлка, звучит музыка. Это крещенский Сочельник, наступивший через два месяца после гибели Алексея и ранения Николки. Снова сбор друзей, появление Тальберга и объявление о свадьбе Елены и Шервинского.

Начало и конец пьесы переплетены повторяющимися мотивами. Прежде всего, это мотив неизбежной встречи с большевиками. В 1-м акте он понятен только Алексею Турбину. В 4-м акте встреча маячит перед всеми и отношение к ней неоднозначно: от готовности Мышлаевского идти служить у большевиков до намерения Студзинского уйти на Дон, к Деникину. Комически подсвечивает ситуацию мотив переодевания, связанный с Шервинским, для которого мир - театр, а сам он актер, легко переходящий из пьесы в пьесу (снимает бурку, остается в великолепной черкеске, черкеску меняет на штатское, появляется в "беспартийном пальтишке", взятом напрокат у дворника, снимает его и является в великолепном фраке).

Мотив встречи с большевиками и его трансформация неотделимы от мотива "народа-богоносца". Он связан с пониманием того, что в конечном счете исход встречи "нас" и "их" будет зависеть от позиции "милых мужичков из сочинений Льва Толстого". Но в 1-м акте в адрес "богоносцев" звучит проклятье, а в 4-м - мотив оборачивается признанием неизбежности завтрашней победы большевиков, потому что за ними "мужички тучей".

Такая бытовая подробность, как попойка, приобретает символический характер. Мотив хмельного забвения ("Водки бы мне выпить, водочки"), пронизывающий 2-ю картину первого акта, в 4-м, разрешается очередным промахом Лариосика, роняющего бутылку, - на пользу общему отрезвлению, и не только буквальному.

Но важнейшая для булгаковской концепции соотнесенность мотивов 1-го и 4-го актов связана с образом Дома. Дом в восприятии Лариосика предстает сначала как воплощение покоя в разбушевавшемся мире, потом как символ грядущей лучшей жизни ("Мы отдохнем, мы отдохнем!"). Отсылки к Чехову, провоцируемые дословным воспроизведением чеховского текста, должны как раз обратить внимание на несовпадение в трактовке образа Дома. Для чеховских героев дом - замкнутое пространство, торжество сковывающей человека повседневности. У Булгакова мотив Дома в 1-м акте связан с мотивом тонущего корабля, хаоса, проникшего внутрь священного пространства (попойка). В 4-м акте звучит мотив возвращения жизни, неистребимой повседневности как основы миростояния. Утверждается идея самоценности жизни, права человека жить вопреки любым обстоятельствам. Как и в 1-м акте, эти обстоятельства реализуются в мотиве недремлющего рока (солдатский марш на слова пушкинской "Песни о вещем Олеге"). Этот мотив трагически обрамляет праздник возрождающейся жизни, обнаруживая его беззащитность.

С точки зрения внутреннего действия в системе персонажей пьесы важное место занимает Лариосик. Из второстепенного или даже третьестепенного романного персонажа он стал одним из героев первого плана. Вводя в дом Турбиных уже в первой картине 1-го акта персонажа, "будто сшитого на живую нитку из самых распространенных цитат российской словесности", Булгаков создает "театральный эквивалент" прежней жизни, прежнего мироощущения Турбиных. Расширение и углубление роли Лариосика с его беспомощностью, нерешительностью, неловкостью должны были оттенить психологические изменения в чеховской среде. Гром шестидюймовых батарей, под который Лариосик произносит в финале классические слова: "Мы отдохнем, мы отдохнем", - становится завершением, травестированием чеховской темы пьесы.

Итак, в пьесе "Дни Турбиных" Булгаков, обратившись к изображению "русской усобицы", сумел подняться над настроением классовой розни и утвердить идею человечности, самоценности жизни, непреложности традиционных нравственных ценностей. Наследуя завоевания чеховской драматургии, Булгаков создал оригинальное в жанровом отношении произведение, соединившее историческую хронику с психологической драмой, органично включившей в себя трагикомическое начало.

"Дни Турбиных" связали драматургию нового времени с чеховской эпохой и вместе с тем обнаружили желание автора писать по-новому. Пьеса пользовалась огромным успехом, но в 1929г. противники спектакля добились того, что он на три года исчез со мхатовской афиши. В феврале 1932 г. решением правительства спектакль был возобновлен.

Большой театральный успех "Дней Турбиных" и трагифарса "Зойкина квартира" побудил Булгакова к работе над новой пьесой. Она была начата в 1926 г. В марте 1928 г. пьеса "Бег" была сдана в Художественный театр. М. Горький, слышавший пьесу в авторском чтении, предрекал ей огромный успех, но сценическая судьба "Бега" не сложилась. 2 мая 1928 г. на заседании Главреперткома "Бег" был оценен как произведение "неприемлемое", поскольку автор, по мнению выступавших, взяв за основу историю отступления белой армии на юг и далее за пределы России, вместо того, чтобы убеждать зрителя в исторической правоте Октября, вел речь о трагедии участников белого движения. Главрепертком запретил постановку пьесы. Борьба за возможность ее появления в театре продолжалась еще в течение нескольких лет, вплоть до 1937 г. Булгаков не раз возвращался к тексту "Бега", внося в него изменения и дополнения.

Художественный театр рассматривал "Бег" как своеобразное продолжение "Дней Турбиных", вторую часть дилогии о гражданской войне. Но такой подход не соответствовал характеру предложенной Булгаковым пьесы. Но "Бег" был и для Булгакова, и для драматургии его времени произведением новаторским, прокладывавшим новые художественные пути.

Своеобразие пьесы определяется уже ее подзаголовком "Восемь снов". Традиционно сон в литературе - способ художественно-психологического анализа, путь к постижению сокровенного в человеке или мотивировка фантастического поворота событий. У Булгакова обозначение пьесы как совокупности "снов" многозначно.

Расшифровку понятия "сон" необходимо начать, установив, какой тип сна имеет в виду Булгаков. В "Беге" сон - синоним миража, наваждения, отклонения от нормы, искажения действительности и в то же время синоним реакции сознания на безумие реальности. Сном представляется происходящее тем двум молодым героям, судьба которых первоначально должна была стать сюжетной основой пьесы, - петербургской даме Серафиме Корзухиной и ее рыцарю, встретившему ее под фонарем теплушки - в момент их бега на юг к тому, кто представлялся им спасителем России, но был не в силах изменить ход истории и стал карателем, вешателем, - к командующему армией Хлудову, еще одной фигуре, скрепляющей сцены-сны. Хлудова самого терзают сны-наваждения как отражение его смятенного сознания, его больной совести, воплощенной в фигуре его условного собеседника - вестового Крапилина, дерзнувшего бросить ему в лицо правду о его злодеяниях и повешенного по его приказу. Судьбы Хлудова и Серафимы с Голубковым фантастически сплетаются, и никто иной как Хлудов, чуть не погубив молодую пару, спасает ее.

Сны в "Беге" - это не только "сны" персонажей, но прежде всего "сон" автора ("...Мне снился монастырь...", "...Сны мои становятся все тяжелее..."). "Бег" - это увиденная Булгаковым версия собственной судьбы, ее эмигрантский вариант, несостоявшийся, в частности, по причине тифа, настигшего Булгакова в предгорьях Кавказа. Отсюда повышенно личностная интонация в изображении событий, ведущая к нарушению принципов построения канонической драмы. Булгаков создает новую драму, где на первый план выступают не фигуры персонажей и взаимоотношения между ними, а сам автор. Настроения действующих лиц представляют собой возможные варианты интеллектуального и психологического состояния автора. Автор заявляет о себе в такой нетрадиционной для драмы форме, как эпиграфы (к пьесе в целом и к отдельным снам), в ремарках, которые становятся своего рода авторскими отступлениями, вводящими пейзаж, музыкальное сопровождение и предлагающими развернутое описание персонажей и интерьера.

"Сон" автора - знак условности созданной им драматургической формы, манифестация права на свободное пересоздание действительности, позволяющее подчеркнуть ее "вывихнутый" характер, отсутствие в ней границы между сном и явью, миражом и реальностью.

Принцип сна, к тому же дурного сна, как способа организации художественного мира позволяет смешивать трагический вариант ситуации ("русская азартная игра" со стрельбой, допросами, виселицами, утратой места в мире, его разрушением) и фарсовый (тотализатор "тараканьего царя" Артура, "тараканьи бега" в Константинополе с их не менее драматическим влиянием на судьбы людей). "Сон" позволяет автору отказаться от причинно-следственной связи между сценами: монастырь, вокзал, контрразведка в Севастополе, брошенный дворец, окраины Константинополя и благополучный особняк в Париже объединяет только безумная логика истории, а людей - Господин Великий Случай: он сводит Серафиму и Голубкова, разводит Серафиму с ее мужем, заставляет Голубкова и Чарноту обнаружить рядом с процветающим в Париже Корзухиным Люську, а ныне мадемуазель Фрежоль, бросившую Чарноту в Константинополе и т.д. В круг персонажей вводится призрак повешенного, становящийся практически главным лицом, определяющим поведение Хлудова, толкающим его к самоубийству. Сами персонажи утрачивают определенность лица, примеряют на себя всевозможные фантастические маски и одеяния (Чарнота играет роль беременной женщины, является к Корзухину в его парижский особняк в кальсонах лимонного цвета; приват-доцент Голубков играет на шарманке, генерал Чарнота торгует "тещиными языками").

Гротеск пронизывает все уровни драматической структуры. Абсурдно сочетаются музыкальные темы, сопровождающие действие: молитвы монахов и гиканье солдат; гудки паровозов, треск телефонов и "нежный модный вальс", под который танцевали на гимназических балах, лирическая партия из "Севильского цирюльника" и зазыванья продавца, сладкий голос муэдзина и разухабистые звуки гармошки...

Вообще, ремарки играют в пьесе роль объединяющего начала, пронизывая сцены-сны сквозными образами и мотивами (сны, моменты небытия, болезни, азартной игры, тараканьих бегов, тщетного стремления к покою, вины и расплаты) и довершая впечатление расколотой действительности.

Включая героев в абсурдную ситуацию, Булгаков демонстрирует разные пути, которые они могут избрать: это может быть путь Зла, которое человек совершает во имя Добра (превращение командующего армией Хлудова в карателя), это готовность остановить Зло, даже ценой собственной жизни (вестовой Крапилин, Серафима и Голубков); это стремление к самоустранению даже вопреки несчастьям ближних (муж Серафимы Корзухин, архиепископ Африкан, Люська); способность к рыцарскому служению (Голубков, Чарнота); это "осенний полет" в спокойствие небытия, в "снег на Караванной" (Серафима и Голубков), это игра с Роком наперекор судьбе (генерал Чарнота). Обширные авторские ремарки создают полифоничный эмоциональный аккомпанемент к происходящему: автор сочувствует, иронизирует, издевается, горько улыбается, содрогается, разделяя страдания и отстраняясь от постыдного благополучия.

За счет использования ремарок хронотоп расслаивается: время Вечности (лики святых, пение монахов, изображение Георгия Победоносца, поражающего змия, один из вечных городов мира - Константинополь, музыка, выразившая духовность, присущую человеческой жизни) парадоксально сочетается со знаками разрушения в пространственно-временной и звуковой сферах (разворошенный монастырский быт, контрразведка, покинутый дворец, пальба, топот конницы). Пейзажные ремарки (осень, дождь, сумерки, закат, октябрьский вечер с дождем и снегом, угасание дня) не только указывают на обстоятельства действия, но благодаря настойчивому повторению приобретают характер лейтмотива, символизирующего постепенное погружение мира во тьму, приближение людей, идущих разными путями, к черте небытия. Они создают трагическую атмосферу, подсвеченную и озвученную вторжением балагана, фарса.

К концу десятилетия слава Булгакова как драматурга достигает своего апогея. В театрах идут "Дни Турбиных", "Зойкина квартира" (1926), "Багровый остров" (1928). Но уже с 1926 г. начинается литературная травля. Особого накала она достигла при обсуждении "Бега".

К концу сезона 1928/29 г. пьесы Булгакова оказываются выброшенными из текущего репертуара. "Все мои пьесы, - писал Булгаков в письме к брату Н.А. Булгакову в Париж, - запрещены к представлению в СССР, и беллетристической ни одной строки моей не напечатают. В 1929 году совершилось мое писательское уничтожение. Я сделал последнее усилие и подал Правительству СССР заявление, в котором прошу меня с женой моей выпустить за границу на любой срок". Речь шла о письме, датированном июлем 1929г. и адресованном И.В. Сталину, М.И. Калинину, А.И. Свидерскому (начальнику Главискусства) и М. Горькому. В следующем письме Правительству (28 марта 1930 г.) Булгаков давал свой "литературный" и одновременно "политический" портрет, предлагая "за пределами его не искать ничего". М. Булгаков писал о своем стремлении к свободе печати и заявлял: "Вот одна из черт моего творчества, и ее одной совершенно достаточно, чтобы мои произведения не существовали в СССР. Но с первой чертой в связи все остальные, выступающие в моих сатирических повестях: черные и мистические краски (я - МИСТИЧЕСКИЙ ПИСАТЕЛЬ), в которых изображены бесчисленные уродства нашего быта, яд, которым пропитан мой язык, глубокий скептицизм в отношении революционного процесса, происходящего в моей отсталой стране, и противопоставление ему излюбленной и Великой Эволюции, а самое главное - изображение страшных черт моего народа, тех черт, которые задолго до революции вызывали глубочайшие страдания моего учителя М. Е. Салтыкова-Щедрина".

Гражданская война в драмах "Дни Турбиных" и "Бег".

Булгаков - комедиограф ("Зойкина квартира").

Антиутопический код в пьесе «Адам и Ева»

Литература:

Соколов Б. В. Булгаковская энциклопедия. М., 1996. С. 156-168, 222-225, 288-325.

Творчество Михаила Булгакова. СПб., 1991-1995. Вып. 1-3.

Чудакова М. Жизнеописание Михаила Булгакова. - 2-е изд., доп. - М.: Книга, 1988. - 669, с. - (Писатели о писателях).

Нинов А. О драматургии и театре Михаила Булгакова (Итоги и перспективы изучения) / А. Нинов // М.А. Булгаков-драматург и художественная культура его времени. М., 1988. С. 6-39.

Николина 2003 - Николина Н.А. Филологический анализ текста / Н.А. Николина. -М.: Издат. центр «Академия», 2003. - 256 с.

6. ТитковаН.Е. Проблема русской литературной традиции в драматургии М.А.

Булгакова: Дисс. канд. филол. наук. / Н.Е. Титкова. Нижний Новгород, 2000.

7. Чудакова М.О. Некоторые проблемы источниковедения и рецепции пьес Булгакова о гражданской войне / М.О. Чудакова // М.А. Булгаков: драматург и художественная культура его времени. М.: СТД РСФСР, 1988. - С. 57-95.

8. Зеркалов А. Этика Михаила Булгакова / Александр Зеркалов. - М.: Текст, 2004

9. Ким Чжи Хан, Молчанова С.В. Ремарки в Пьесах М. Булгакова «Дни Турбиных»

и «Бег» / Ч.Х. Ким, С.В. Молчанова // Русская речь. - М.: 2004. - № 1. С. 28-33.

10.НалепинаМ. Судьба пьесы М.А.Булгакова «Бег» / М. Налепина // Литературная

учёба. - 2004. № 2. - С. 155-177.

Самостоятельная работа студентов по модулю 3

3. Задания, обеспечивающие достижение студентом комплексной цели модуля

3.1 Реферат

3.1.1 Тематика

Повести М. Булгакова 1920-х гг.: поэтика жанра.

Система персонажей в пьесе М. Булгакова «Бег».

Антиутопический код в пьесе М. Булгакова «Адам и Ева».

Булгаков –комедиограф: «Зойкина квартира».

Пушкинские традиции в творчестве М. Булгакова

Концепция героя в «Тихом Доне» М. Шолохова.

«Донские рассказы» М. Шолохова: особенности конфликта и поэтика.

Фольклорное начало в «Тихом Доне» М. Шолохова.

Поэтика пейзажей в «Тихом Доне» М. Шолохова.

Особенности реализма М. Шолохова.

«Язык смысла» А. Платонова.

Концепция героя в повести А. Платонова «Епифанские шлюзы».

Поэтика повестей А. Платонова («Епифанские шлюзы», «Сокровенный человек», «Ямская слобода»)

Фантастика А. Платонова: «Лунная бомба», «Эфирный тракт», «Потомки солнца».

Мифологический дискурс в пьесе А. Платонова «Ноев ковчег».

Символика названия в романе А. Платонова «Счастливая Москва».

Концепция героя в романе В.Набокова «Приглашение на казнь».

Модернистская эстетика в романе В. Набокова «Приглашение на казнь».

Феномен русской прозы В. Набокова.

Советская сатира 1920-х-1930-х гг.(по произведениям В. Маяковского, М. Булгакова, А. Платонова)

3.1.2. Цель и задачи выполнения реферата - представить основные методологические принципы и методические приемы исследования данной области истории литературы;

3.1.3. Описание

Собрать необходимый литературный и критический материал (в соответствии с темой творческого задания), произвести систематизацию и анализ художественных текстов и критики в заданном ключе. Представить в работе самостоятельный анализ литературного текста. Проанализировать особенности поэтики.

3.1.4. Требования к выполнению реферата (см. методические рекомендации)

Работа должна содержать самостоятельный анализ нескольких литературных и литературно-критических источников, на примере которых будет раскрываться заявленная тема. Их необходимо указать в конце реферата, в разделе «Список использованной литературы». Освещение выбранной темы должно быть конкретным, подтвержденным цитатами. При цитировании ссылки на источник обязательны.

Освещение выбранной темы должно быть научным, конкретным, подтвержденным цитатами. При цитировании ссылки на источник обязательны.

Отчет представляется в виде реферата объемом 10 страниц.

3.1.5. Критерии оценки творческого задания

В процессе работы над творческим заданием студент должен продемонстрировать способность ориентироваться в литературоведческом и литературно-критическом материале, но при этом вырабатывать собственный взгляд на проблему. Основные критерии – самостоятельность, научность, глубина погружения в проблему

Модуль 4. Русская проза 1950-1980 гг.: жанровые и стилевые поиски

1. Комплексная цель модуля - совершенствовать навыки интерпретации и анализа произведений русской литературы, созданных в эпоху модернизма; формировать умение пользоваться литературоведческими и культурологическими категориями, в которых осмысляется художественная литература и культура этого периода; на основании углубленного анализа самых значительных литературных произведений, созданных в этот период, выявить и охарактеризовать основные тенденции развития литературы ХХ века.

Тема : «Рукописи не горят»

(Жизнь, творчество, личность М.А. Булгакова)

Цели :

дать представление о личности М.А. Булгакова, познакомить учащихся с основными фактами биографии и творчества;
развивать умения конспектировать лекцию учителя (заполнять таблицу), связную речь учащихся, углублять навыки самостоятельной работы с дополнительной литературой;
формировать у учащихся представление о личной причастности человека к тому злу и добру, которое его окружает, воспитывать активную жизненную позицию, воспитывать интерес к творчеству писателя, уважение к личности М.А. Булгакова – человека твердых убеждений и непоколебимой порядочности.

Оборудование урока : портрет писателя, доска, книги М.А. Булгакова, грамзапись.

Приемы работы : лекция, сообщения учащихся, самостоятельная работа, беседа.

Оформление доски :

Михаил Афанасьевич Булгаков

портрет писателя

1891-1940

На широком поле словесности российской в СССР я был один – единственный литературный волк. Мне советовали выкрасить шкуру. Нелепый совет. Крашеный ли волк, стриженный ли волк, он все равно не похож на пуделя.

М.А. Булгаков

Рукописи не горят.

М.А. Булгаков

Ход урока

1. Лекция учителя, по ходу которой учащиеся выполняют задание: составить конспект (заполнить таблицу).

Дата	События жизни писателя	Произведения
	Родился М.А. Булгаков в Киеве в семье профессора Духовной академии Афанасия Ивановича и Варвары Михайловны. Большая многодетная семья (7 детей) навсегда останется для него миром тепла и уюта, интеллигентного быта с музыкой, чтением вслух, домашними спектаклями.
1907 г.	Умирает отец от склероза почек. Забота о воспитании детей целиком легла на плечи Варвары Михайловны, но, как ни было это сложно, она «сумела… дать радостное детство».
С 1911 по 1916 гг.	Булгаков учился на медицинском факультете Киевского университета.
1916-1918 гг.	Работа врачом в тыловых и фронтовых госпиталях, в сельской больнице в Смоленской губернии. Отзвук этих лет – в кн. «Записки юного врача»	«Записки юного врача»

Дата	События жизни писателя	Произведения
1918-1920 гг.	Гражданская война застала в Киеве. Был свидетелем смены власти. Лично пережил 14 переворотов. Был мобилизован как врач в армию Деникина и отправлен на Северный Кавказ. Из-за тифа остался во Владикавказе, когда белые отступили. Сотрудничал с большевиками: работал в подотделе искусства, читал лекции о Пушкине, Чехове, писал пьесы для местного театра.	«Белая гвардия» (1925), «Дни Турбиных» (1926).
1921 г.	Начал печататься. Уезжает в Москву, осознав, что он литератор.	Фельетон «Неделя просвещения»
1922-1923 гг.	Фельетоны и рассказы печатаются в газетах и журналах, фрагменты повести «Записки на манжетах»	«Записки на манжетах»
1923-1925 гг.	Работает в газете «Гудок», «Накануне». Сотрудничает со многими газетами. Работа в газете выматывала его силы. Собственным творчеством занимался по ночам. Отдельные главы романа «Белая гвардия» опубликованы в журнале «Россия»	Сатирические повести «Роковые яйца», «Дьяволиада», «Собачье сердце» (опубликовано в 1987 г.), роман «Белая гвардия» (опубликован в 1966 г.)
1926 г.	МХАТ поставил пьесу «Дни Турбиных», написанную по мотивам «Белой гвардии». Спектакль имел шумный успех, но и принес много неприятностей: спектакль то запрещали, то вновь разрешали.
1927 г.	В театре Вахтангова была поставлена пьеса «Зойкина квартира». Но вскоре была снята. Не разрешили к постановке пьесу «Бег». Вокруг Булгакова создавалась атмосфера травли.	«Зойкина квартира», «Бег»
1929 г.	Пьесы были сняты повсюду. Булгакова не печатали. Он дошел до глубокого отчаяния. Искал любую работу, но его не брали. Думал о самоубийстве. Начал работу над новым романом «Мастер и Маргарита»	«Мастер и Маргарита»
28.03.1930	Обратился с письмом к Советскому правительству.
18.04.1930	Сталин позвонил Булгакову и предложил работу в МХАТе.
30-е гг.	Булгаков работает режиссером. Пишет инсценировки («Война и мир», «Мертвые души»), либретто опер, киносценарий по «Ревизору», для горьковской серии «ЖЗЛ» пишет биографию Мольера, работает над главным произведением своей жизни -–романом «Мастер и Маргарита». Ни одно произведение Булгакова не печатается. Заболел, начал терять зрение.	Пьесы «Адам и Ева» (1931), «Иван Васильевич» (1935-1936), «Последние дни», «Театральный роман», «Кабала святош»
10.03.1940	М.А. Булгаков умер. Похоронен на Новодевичьем кладбище.

Примерно так должен выглядеть конспект учащегося, за него нужно обязательно поставить оценку.

Текст лекции учителя

Писатели большой судьбы знают о себе что-то, что мы о них до поры не знаем или не решаемся сказать. На этом перекрестке возникает интерес к самой фигуре творца, к его биографии, личности.

Почему мы так мало знали о нем? Почему с каждым годом он все более интересен?

В пьесах Булгакова – в самом их движении и словесной фактуре – было какое-то сильное излучение, которое иногда называют неопределенным словом «обаяние», исходившее поверх многоголосия лиц как бы от самой личности автора. Еще отчетливее и ближе лирический голос его прозвучал для нас в прозе. И хотелось больше узнать о человеке, который так умеет думать, так чувствует и так говорит.

Лев Толстой писал: «В сущности, когда мы читаем или созерцаем художественной произведение нового автора, основной вопрос, возникающий в нашей душе, всегда такой: «Ну-ка, что ты за человек? И чем отличаешься от всех людей, которых я знаю, и что можешь мне сказать нового о том, как надо смотреть на нашу жизнь?» Что бы ни изображал художник: святых, разбойников, царей, лакеев – мы ищем и видим только душу самого художника».

Этот-то интерес к душе художника, возникающий при чтении его книг, побуждает нас продлить свое любопытство, распространив его и на то, что эту душу воспитало и сложило, - его биографию и эпоху, вектор его судьбы.

Судьба Булгакова имеет свой драматический рисунок. В нем, как всегда кажется издали и по прошествии лет, мало случайного и отчетливо проступает чувство пути , как называл это Блок. Будто заранее было предсказано, что мальчик, родившийся 3(15) мая 1891 г. в Киеве в семье преподавателя духовной академии, пройдет через тяжкие испытания эпохи войн и революций, будет голодать и бедствовать, станет драматургом лучшего театра страны, узнает вкус славы и гонения, бури оваций и пору глухой немоты и умрет, не дожив до пятидесяти лет, чтобы спустя еще четверть века вернуться к нам своими книгами.

Самым притягательным местом на земле для Михаила Афанасьевича Булгакова остался навсегда Киев, «матерь городов русских», где сошлись воедино Украина и Россия. Город, где прошли его детство и юность.

Корни его в церковном сословии, к которому принадлежали деды его по отцу и матери, и корни эти уходят в Орловскую землю, где был плодородный пласт национальных традиций, полсозвучия неиспорченного родникового слова, которое формировало талант Тургенева, Лескова, Бунина.

Афанасий Иванович Булгаков, отец писателя, родом из Орла, окончил там духовную семинарию, пойдя по стопам отца – сельского священника. Мать, Варвара Михайловна Покровская, была учительницей из Карачева той же Орловской губернии, дочерью соборного протоиерея.

Большая многодетная семья Булгаковых – детей было семеро – навсегда останется для Михаила Афанасьевича миром тепла, интеллигентного была с музыкой, чтением вслух по вечерам, праздником елки и домашними спектаклями. Эта атмосфера найдет отражение в романе «Белая гвардия» и в пьесе «Дни Турбиных». (Звучит фрагмент из вальсов Ф. Шопена).

В 1907 году в семье случилось несчастье. Умер отец – Афанасий Иванович, профессор Киевской Духовной академии, историк церкви. Умер от склероза почек – болезни, которая через 33 года настигнет и его сына.

Забота о воспитании семерых детей целиком легла на плечи Варвары Михайловны. Но, как ни было это сложно, мать, хлопотливая и деятельная женщина, «сумела… дать радостное детство».

С 1911 по 1916 год Булгаков учился на медицинском факультете Киевского университета. Закончив университет, он был «утвержден в степени лекаря с отличием».

Шла первая мировая война, и Булгакову пришлось работать во фронтовых и тыловых госпиталях, набираясь нелегкого врачебного опыта. Затем полтора года проработал молодой врач в сельской больнице в селе Никольском, Сычевского уезда, Смоленской губернии, где «зарекомендовал себя неутомимым работником на земском поприще». Впечатления этих лет отзовутся в окрашенных юмором, печальных и ярких картинах «Записок юного врача», напоминающих чеховскую прозу.

Вернувшись в Киев, Булгаков пытается заняться частной практикой как врач-венеролог. Менее всего хочет быть вовлечен в политику. «Быть интеллигентом вовсе не значит быть идиотом», - отметит впоследствии. Но идет 1918 год, гражданская война, калейдоскопическая смена властей в Киеве. Позднее он напишет, что лично пережил 14 переворотов в Киеве той поры. Добровольцем он совсем не собирался идти никуда, но как врача его постоянно мобилизовали то петлюровцы, то Красная Армия.

Не по доброй воле он попал в деникинскую армию и был отправлен с эшелоном через Ростов на Северный Кавказ. В его настроениях той поры, как отмечал литературовед В. Лакшин, громче всего одно – усталость от братоубийственной войны.

Заболев тифом, остается во Владикавказе, когда белые отступают. Чтобы не умереть с голоду, пошел сотрудничать с большевиками. Работал он в подотделе искусств городского ревкома, устраивал литературные вечера, выступал с лекциями о Пушкине, Чехове, с беседами о музыке, театре, написал несколько пьес и сам участвовал в их постановках на сцене местного театра. Обладал артистичностью, чуткостью ко всякой театральности, тянулся к сцене с юности. Первые свои пьесы («Самооборона», «Дни Турбиных», «Глиняные женихи», «Сыновья муллы», «Парижские коммунары») Булгаков считал несовершенными и впоследствии уничтожил.

Владикавказ 1920-1921 годов. Голод. Холера. Нищета. Тысячи беспризорных сирот, которых не только не´чем – не´ из чего накормить. Приходится облагать горожан «вещевой повинностью» (каждый служащий обязывается сдать тарелку или металлическую ложку). И одновременно решительное наступление на неграмотность. И самоотверженная пропаганда классической русской и мировой культуры.

Подотдел искусств устраивает «Недели просвещения». В эти дни даются бесплатные спектакли, концерты лекции для рабочих и красноармейцев. М. Булгаков принимал самое активное участие в «Недели просвещения», проходившей в 14-20 марта 1921 года. Эта неделя вдохновила его на создание фельетона с одноименным названием, который был опубликован во владикавказской газете «Коммунист» 1 апреля 1921 года. Этот фельетон – самый ранний из написанных писателем в этот период и единственный сохранившийся из напечатанных во владикавказских газетах. (Подготовленные ученики читают фельетон «Неделя просвещения». Во время исполнения звучит музыка Д. Верди из оперы «Травиата»).

Кроме фельетонов Булгаков начинает печатать драматические сценки, небольшие рассказы, сатирические стихи.

Осенью 1921 года уезжает в Москву, уже окончательно осознав, что он литератор. Медицину оставляет навсегда. Оказавшись в Москве без денег, без влиятельных покровителей, бегает по редакциям, ищет работу. После кратковременного пребывания в московском ЛИТО (Литературный отдел Главполитпросвета при Наркомпросе) Булгаков стал сотрудником газеты «Накануне», издававшейся в Берлине, и московского «Гудка», где он работает вместе с молодыми литераторами, у которых, как и у него самого, слава еще впереди, - это Ю. Олеша, В. Катаев, И. Ильф, Е. Петров.

Начинает вести дневник, в котором тщательно фиксировал ускользающие черты каждодневного быта: погоду на дворе, цены в магазинах, не пренебрегал указаниями на то, что ели и пили, как одевались, на каком транспорте ездили его современники, люди, с которыми он встречался в гостях и дома. Впоследствии, как известно, в конце 20-х годов у него был произведен обыск, изъяты все рукописи и дневники, которые позже, после того как писатель подал заявление, где писал, что, если его литературные работы не будут ему возвращены, он больше не может считать себя литератором и демонстративно выйдет из Всероссийского союза писателей (был такой предшественник Союза советских писателей), были ему возвращены. Придя домой, Булгаков бросил дневники в печь, Михаил Афанасьевич дневников не вел, но поощрял жену вести хотя бы самые скромные записи; иногда сам диктовал их, стоя у окна и глядя на улицу. «Он чувствовал себя пристрастным летописцем времени и своей судьбы» (В. Лакшин).

Те, кто встречался с Булгаковым в московских редакциях в 20-е годы, вспоминают его по преимуществу человеком несловоохотливым, будто охранявшим в себе что-то, и, несмотря на вспышки яркого юмора, отчужденным в компании молодых энтузиастов-газетчиков. Он вызывал изумление своей дохой, своим крахмальным пластроном (туго накрахмаленная грудь мужской сорочки, надеваемой под открытый жилет при фраке или смокинге), моноклем на шнурке. Монокль Булгаков представлял как бы оппозицию футуристической желтой кофте. Там декларировался эпатаж, разрыв с традицией, здесь – демонстративное следование ей. Отчасти это был элемент театральности, никогда не чуждой Булгакову. Но больше – позиция самозащиты, недопущения к своему «Я», некоторой маски, скрывавшей легкую ранимость.

Любовь Евгеньевна Белозерская (жена М.А. Булгакова в 1924-1942 годах) вспоминает о знакомстве с Булгаковым на одном из литературных вечеров в 1924 году. «Имя Булгакова было уже известно. Он тогда печатался в берлинском «Накануне» свои «Записки на манжетах» и фельетоны. Нельзя было не обратить внимание на необыкновенно свежий язык его работ, мастерский диалог, неназойливый тонкий юмор. Мне нравились его вещи. И вот он передо мной: светлые, гладко причесанные на прямой пробор волосы, голубые глаза… Он похож на Шаляпина. Одет в глухую толстовку без пояса. По-моему, он выглядел несколько забавно. А его лаковые желтые ботинки показались «цыплячьими». Мне стало смешно. Когда же мы познакомились, он сказал с горечью: «Если бы нарядная и надушенная дама знала, с каким трудом они мне достались… Она бы не смеялась. Я поняла, что он очень обидчив и легко раним».

Вскоре Любовь Евгеньевна и Михаил Афанасьевич поженились. Их первым семейным очагом стал покосившийся флигелечек во дворе дома номер 9 по Обухову (ныне Чистому) переулку, который они называли «голубятней». Булгаков работал тогда фельетонистом в газете «Гудок». Вечером домой приносил из редакции письма читателей и рабкоров, читал вслух Любовь Евгеньевне и они вместе отбирали наиболее интересные для фельетонов. Работал Булгаков быстро, как-то залпом. Он сам об этом писал так: «… сочинение фельетона в строк 75-100 отнимало у меня, включая сюда и курение, и посвистывание, от 18 до 20 минут. Переписка его на машинке, включая сюда и хихиканье с машинисткой, - 8 минут. Словом, в полчаса все заканчивалось».

Сатирический дар писателя ярко проявился в повести «Дьяволиада» (1923 год). Содержание «Дьяволиады» - судьба маленького человека, рядового винтика бюрократической машины, который в какой-то момент выпал из своего гнезда, потерялся среди шестеренок и приводов и метался среди них, пытаясь вновь зацепиться за общий ход, пока не сошел с ума.

«Дьяволиада» не была оценена по достоинству ни друзьями, ни подругами Булгакова. Ее заметил и в общем похвалил один из крупнейших мастеров литературы Е. Замятин.

Между тем есть в ней нечто такое, что уж нынешний-то читатель не может не оценить по самому высокому счету. Во-первых, история героя, Короткова, «нежного тихого блондина, позволяет увидеть и едва ли не физически ощутить беззащитность и бессилие обыкновенного человека перед могуществом самородящегося и самонастраивающегося бюрократического аппарата. Во-вторых, она приводит к очень важной и безусловно верной мысли, что опасно для общества не столько существование этого аппарата, сколь то, что люди привыкают к системе отношений, которые им наслаждаются, и начинают считать их естественными, какие бы фантастические уродливые формы они не принимали.

Существенного значения этому предостережению Булгакова в то время никто не придал. Никакого волнения в литературных кругах «Дьяволиада» не вызвала. Но уже две следующие повести заставили обратить на себя внимание. Да еще какое пристальное!

В 1924 году М. Булгаков написал две гротесково-фантастические повести: «Роковые яйца» и «Собачье сердце». Судьба этих произведений неодинакова. «Роковые яйца» были опубликованы в том же году, очень понравились М. Горькому, но в советской критике были разгромлены. «Собачье сердце» пришло к советскому читателю в 1988 году, когда имя Булгакова было окружено славой. Вскоре повесть была экранизирована, ее инсценировки идут во многих театрах страны.

В каждой из них симпатичный профессор делает открытие, производящее революцию в науке. Профессор Пейсиков («Роковые яйца») открывает красный луч, под воздействием которого все живое приобретает способность увеличиваться до колоссальных размеров. Скорее всего, Булгаков использовал сюжет «Пищи богов» Г. Уэллса. Герой «Собачьего сердца» профессор Преображенский в соответствии со своей «говорящей фамилией» преображает шелудивого пса Шарика в человека. Однако оба открытия не приносят пользы. С едким сарказмом показывает писатель, как воспользовавшийся открытием Пейсикова практик-энтузиаст с мрачной фамилией Рокк в условиях царящей в стране неразберихи и безответственности вырастил вместо гигантских кур огромное количество заморских гадов (крокодилов, удавов), отправившихся в поход на Москву. Столицу спасло чудо – летом вдруг выпал снег, и южные рептилии замерзли. Но в панике погиб и профессор-изобретатель, и его открытие, и жена Рокка, и множество других людей.

Человечество, утверждал Булгаков своей повестью, нравственно не доросло до того, чтобы выполнять роль Создателя, творить историю.

Еще острее эта мысль проходит через повесть «Собачье сердце». Возникший из собаки гражданин Шариков оказывается хамом, воинствующим невеждой – одно из неизбежных последствий синтеза рабьей психологии дворняжки и люмпен-пролетариата. Шарикову гораздо милее демагогия председателя домкома Швондера, чем долгий и упорный труд по овладению культурой. Писатель беспощадно и зло изображает Швондера и его команду как бездельников, завистников, пропагандирующих ненависть к интеллигенции, культуре, насаждающих уравниловку. Задолго до 1937 года сатирик угадал те социальные типы, которые, развязав репрессии, сами пали от руки взращенных ими шариковых. Впрочем, и здесь, даже в бо´льшей степени, чем в «Роковых яйцах», финал достаточно счастливый. Преображенский второй операцией возвращает своего монстра в прежнее собачье состояние.

В обеих повестях писатель едва ли не первым в литературе заговорил о нравственной ответственности ученого XX века за свои открытия. В них (а чуть позже и в пьесе «Адам и Ева») содержится предостережение, что всесильная наука не неумелых или злобных руках может уничтожить весь земной шар.

Почти одновременно с названными повестями писатель создает роман «Белая гвардия» (1925 год). Он писал свой первый роман в Москве в 1923-1924 годах, ночами, после изнурительной газетной работы.

Только-только закончилась гражданская война, были еще отчетливо живы в памяти ее трагические дни, месяцы и годы, и поэтому так обостренно была встречена эта книга о русской интеллигенции, «внезапно и грозно» брошенной в самое горнило истории. Духовная катастрофа, военное поражение, ощущение безысходности преследуют милую автору семью Турбиных, чьей судьбой стала властно распоряжаться революция. Сама стихия, родственная той все сметающей вьюге, что бушует в блоковской поэме «Двенадцать», врывается в мирный, уютный быт Турбиных, стремясь «вписать» М. Булгакова в советскую литературу. Критики основное внимание сосредоточивали на социальном плане романа. В нем, дескать, доказывается от обратного неизбежность победы революции и гибели белого движения.

Даже если бы в романе М. Булгакова была только реалистически изображена картина гражданской войны со всеми ее сложностями, трагедиями и противоречиями, это было бы принципиально новым явлением в отечественной литературе, явлением, предвосхитившим книги белых генералов П. Корнилов и А. Деникина, писателей русского зарубежья, произведения о революции и войне советских авторов. Еще не был создан к тому времени роман «Разгром» А. Фадеева, еще не была написана «Россия, кровью умытая» А. Веселого, еще только писал первые страницы «Тихого дона» молодой М. Шолохов… Но все дело в том, что тема революции и гражданской войны, судьбы общественных движений и роли интеллигенции в революции в «Белой гвардии» не составляет ее основного содержания, в чем и состоит неповторимость этого романа.

«Белая гвардия» это не столько роман о революции, сколько повествование о выпавших на долю людей XX века испытаниях, выявляющих сущность человека на его земном пути. Не случайно, первоначальное название произведений – «Крест».

С первых страниц и до последних слышен в романе гимн человеческому уюту, теплоте дружбы и сердец. Кремовые шторы, изразцовая печь, фарфоровые чашки, ноты, перезванивающиеся в разных комнатах часы, зеленый абажур на лампе, розы в вазе создают особую атмосферу в доме Турбиных, отогревают и офицеров, и гражданских лиц. Возрождение Алексея Турбина начинается в родном доме, среди привычных вещей.

В финале романа многие герои обретают покой и счастье: в любви. В музыке, семейном уюте.

М. Булгаков создал роман о триедином пути Вечности, где все правильно; истории, где все в борьбе, и людей, которые сами делают свою жизнь.

В основе книги – любимая жизнь автора, что жизнь нельзя остановить. Но Булгаков считает, что жизнь должна идти эволюционно: он не сторонник революции. И о гражданской войне он хочет сказать так, чтобы «небу стало жарко». «Появилась вера в себя, и честолюбивые писательские мечты будоражили воображение».

В первом своем романе «Белая гвардия» Булгаков займет позицию над схваткой: не столкнет красных и белых. У него белые воюют с петлюровцами, носителями националистической идеи.

В романе выявляется гуманистическая позиция писателя – братоубийственная война ужасна. Вспомним вещий сон Алексея турбина.

Бог говорит вахмистру Жилину: «… мне от вашей веры ни прибыли, ни убытку. Один верит, другой не верит, а поступки у вас у всех одинаковые – в поле брани убиенные…». И герои «Белой гвардии», считая себя причастными ко всему, что происходит в мире, готовы разделить вину за кровопролитие.

Для главных героев: Турбиных, Мышлаевского, Шервинского, Най-Турса, представляющих русскую интеллигенцию, честь – понятие высокое, вечное, оно живет с ними. Поэтому названные герои так близки самому Булгакову.

Первая часть «Белой гвардии» была опубликована в журнале «Россия» и привлекла внимание Художественного театра. Театр давно искал современную пьесу. Михаил Афанасьевич был приглашен для переговоров и затем стал работать над инсценировкой романа. 5 октября 1926 года на сцене Художественного театра была впервые сыграна пьеса «Дни Турбиных». Так Турбины обрели вторую жизнь на сцене лучшего в стране театра. Пьеса имела грандиозный успех. Эта была первая самостоятельная работа молодого поколения МХАТа. Имена актеров Хмелева, Добронравова, Соколовой, Тарасовой, Яншина, Трудкина, Станицына засверкали, сразу завоевав зрителей. Роли сыгранные ими героев остались неразрывно связанными с их актерской славой.

1) Судьба пьесы была очень непростой; 2) С постановкой во МХАТе к Булгакову пришла и настоящая известность, но наступили и тяжелые дни; 3) Сразу после премьеры автор был подвергнут жестокой критике, точнее, травле со стороны целой группы раповцев, обвинявших Булгакова в «апологии» белого движения; 4) После премьеры пьесы «Дни Турбиных» в будущем Вахтанговском театре была поставлена «Зойкина квартира». Но вскоре обе пьесы были сняты со сцены.

Написанной в 1927 году пьесе «Бег» сулили успех не только Станиславский, Немирович-Данченко, актеры Художественного театра, но и М. Горький. Однако до сцены она не дошла, потому что автор прощал своего героя – белого офицера Хлудова, который за пролитую кровь был наказан собственной совестью.

Вокруг самого Булгакова в эти годы создавалась атмосфера травли. Неталантливые собратья очень хотели, чтобы он уехал из страны. И не случайно, что среди друзей Булгакова или хотя бы близких знакомых, бывавших в его доме, писатели оказались в меньшинстве. Эта среда не стала для него своей. Последние (и творчески самые важные) десять лет он редко ходил в гости. Принимал гостей у себя: бывало и хлебосольно и весело. Но хозяин дома был насторожен против случайных знакомств, чувствителен к возможной зависти, наушничеству и т.п. Характерно, что он охотнее общался с литераторами старшего поколения – В. Вересаевым, Е. Замятиным, М. Волошиным. Из молодых ближе других оказались Ф. Файко и И. Ильф. С В. Кавериным, Ю. Олешей, В. Пильняком прочной дружбы не возникло. А. Фадеев навестил его и познакомился с ним лишь в последние месяцы болезни. Тогда же появились в его доме Б. Пастернак и К. Федин.

В 1929 году пьесы его были сняты отовсюду. Булгакова не печатали. Только по необъяснимому капризному повелению Сталина Булгаков получил «охранную грамоту» (слова Б. Пастернака) для «Дней Турбиных». Для Булгакова это означало, что ему была возвращена часть жизни. Говорят, что сам Сталин пятнадцать раз бывал на этом спектакле.

К весне 1930 года, лишенный, по его выражению, «огня и воды», писатель дошел до гибельного отчаяния. Он искал любую работу, пробовал наниматься рабочим, дворником – его не брали. Он стал думать о том, чтобы застрелиться.

К этому времени уже все талантливые, неординарные писатели получили ярлыки. Булгаков был отнесен к самому крайнему флангу, обзывался «внутренним эмигрантом», «пособником вражеской идеологии». И речь шла уже не просто о литературной репутации, а обо всей судьбе и жизни.

В марте 1930 года запрещена его новая пьеса о Мольере.

Он отверг унизительные хождения с жалобами. 28 марта 1930 года он пишет письмо к Советскому правительству, исполненное чести, достоинства и отчаяния: «я прошусь на штатную должность статиста. Если и статистом нельзя – я прошусь на должность рабочего сцены. Если же и это невозможно, я прошу Советское правительство подступить со мной, как оно найдет нужным, но как-нибудь поступить, потому что у меня, драматурга, написавшего 5 пьес, известного в СССР и за границей («Белая гвардия» На Западе была опубликована целиком в 1927-1929 годах), налицо в данный момент – нищета, улица, гибель». Он писал, что не собирается по совету «доброжелателей» создавать коммунистическую пьесу и каяться. Он говорил о своем праве как писателя думать и видеть по-своему (цитата на доске).

18 апреля состоялся его знаменитый телефонный разговор со Сталиным, где Булгаковым были произнесены ставшие впоследствии известными слова: «Я очень много думал в последнее время, может ли русский писатель жить вне родины, и мне кажется, что не может».

После разговора со Сталиным Булгаков был принят на работу во МХАТ. Он работал режиссером, писал инсценировки. По заказу Ленинградского Большого драматического театра в 1931-1932 года, написал инсценировку «Войны и мира», но спектакль так никогда и не был поставлен. В Художественном театре шла его инсценировка «Мертвых душ» Гоголя (1930-1932), где он разрешил себе большую свободу «творчества» с гением.

Даже сыграл роль судьи в спектакле МХАТа «Пиквикский клуб». По поэме Гоголя «Ревизор» написал сценарий для кино, создал пьесу по мотивам «Дон Кихота» Сервантеса и либретто оперы по Мопассану «Рашель».

«И вот к концу моей писательской работы я был вынужден сочинять инсценировки. Какой блистательный финал, не правда ли? – писал Булгаков с печальной самоиронией П.С. Попову 7 мая 1932 года.

Прежде чем автор будущего «Театрального романа» решился отстраненно, в лирико-иронической исповеди бросить взгляд на трагический опыт собственной писательской судьбы, он сознавал свое положение и скорбную неизбежность нести свой крест на судьбе другого художника: в блестящей книге «Жизнь господина де Мольера» (1932-1933), написанной для горьковской серии «Жизнь замечательных людей», одной из лучших и по сей день, и драме «Мольер» («Кабала святош», 1929-1936 гг.).

В последнее десятилетие жизни были написаны пьесы «Адам и Ева» (1931 г.), «Иван Васильевич» (1935-1936 г.), «Последние дни» – о Пушкине, продолжалась работа над «закатным романом» «Мастер и Маргарита», начало работы над которым относится к 1928-1929 годам. Последние вставки в роман Булгаков диктовал желе в феврале 1940 года, за 3 недели до смерти. Он писал роман в общей сложности 12 лет, поправлял и переделывал написанное, над долгие годы оставляя рукопись и вновь возвращаясь к ней. Одновременно и рядом шла работа над другими произведениями, но этот роман был книгой, с которой он не в силах был расстаться, - роман-судьба, роман-завещание. Она была синтезом всего, что было передумано и перечувствовано Булгаковым.

М.А. Булгакову помогла сказать последним романом все основное в его жизни жена Елена Сергеевна, известная всему миру как Маргарита. Она стала ангелом-хранителем мужа. В феврале 1929 года Мастер встретил Елену Сергеевну, а в мае начал роман «Мастер и Маргарита». Елена Сергеевна ни разу не усомнилась в Мастере, безусловной верой поддержала его талант. Она вспоминала: «Михаил Афанасьевич мне сказал однажды: «Против меня был целый мир – и я один. Теперь мы вдвоем, и мне ничего не страшно».

В жизнь Булгакова Елена Сергеевна принесла любовь и жизнь. Но счастье не было долгим. Булгаков начал слепнуть, терять речь. Он умирал. Он был врач и мог предсказать течение болезни. Но он был Булгаков и поэтому он говорил: «Вот я скоро умру, меня всюду начнут печатать, театры будут вырывать друг у друга мои пьесы и тебя будут приглашать выступать с воспоминаниями обо мне. Ты выйдешь на сцену в черном платье с красивым вырезом на груди, заломишь руки и скажешь: «Отлетел мой ангел…» И они начинали хохотать…

Болезнь прогрессировала, и 10 марта 1940 года Булгакова не стало. Через 6 дней после смерти Михаила Афанасьевича Анна Ахматова пришла к вдове, отдала последний долг – стихи:

Вот это я, взамен

могильных роз,

Взамен кадильного куренья;

Ты так сурово жил и до конца

донес

Великолепное презренье…

Бог и дьявол вкупе распорядились дать Мастеру покой, не дав света. Недостоин, мол, света, не так уж праведно жил. И действительно – черные очки последних дней…

Все, кто помнил Михаила Афанасьевича, отмечали ясность и свет его голубых глаз. А тут слепота – напророчил, что ли, себе…

Но, кроме земных злодеев, горних вершителей и подземных властелинов, есть же в жизни еще что-то.

«Когда он умер, глаза его широко открылись – и свет, свет лился из них. Он смотрел прямо вверх перед собой – и видел, видел что-то, я уверена (и все, кто был здесь, подтверждали потом это). Это было прекрасно». (Из воспоминаний Е.С. Булгаковой).

Умирающему мужу Елена Сергеевна поклялась напечатать роман. Пробовала это сделать шесть или семь раз – безуспешно. Но сила ее верности преодолела все препятствия. В 1967-1968 годах журнал «Москва» напечатал роман «Мастер и Маргарита». А в 80-90-е годы были открыты архивы Булгакова, написаны практически первые интересные исследования.

Имя Мастера известно теперь всему миру.

2. Итог урока. Беседа с учащимися (помощь конспекта)

Что сегодня на уроке вы узнали о М.А. Булгакове?
Кокой вам представляется личность писателя?

Вывод : Михаил Афанасьевич Булгаков остался в памяти современников как человек, главными чертами личности которого были независимость и твердость суждений, жизнестойкость в тяжелых испытаниях, высокоразвитое чувство собственного достоинства, тонкий юмор, искусство быть во всех случаях самим собой.

3. Домашнее задание: групповые задания.

1 группа: Найдите географические и временные соответствия между ершалаимскими и московскими эпизодами романа «Мастер и Маргарита».

2 группа: Найдите персонажей – «двойников» в двух временных пластах повествования.

3 группа: Подготовьте сообщение по теме «Изображение в романе мира московского мещанства».

Дайте краткую характеристику «жертвам» Воланда.
Перескажите наиболее запомнившиеся эпизоды «московской дьяволиады» и выявите, на чем потешается «нечистая сила».
Раскройте приемы создания автором комических ситуаций и сатирических портретов московского мещанства.

4 группа: Определите стилевые отличия рассказа о Понтии Пилате и Иешуа от повествования о похождениях Воланда и его свиты.

5 группа: Расскажите о сюжетной линии «Мастера и Маргариты», составляющей романтический пласт произведения:

Чем Мастер и Маргарита не похожи на московских обывателей?
Каково отношение к ним автора?
Какова их роль в романе?

Индивидуальные задания:

Подготовить сообщение

С этого времени и до конца жизни Булгаков уже не оставлял драматургию. Помимо полутора десятка пьес, опыт внутритеатрального быта приведет к рождению неоконченного романа «Записки покойника» (впервые был напечатан в СССР в 1965 под названием «Театральный роман»). Главный герой, начинающий писатель Максудов, служащий в газете «Пароходство» и сочиняющий пьесу по мотивам собственного романа, нескрываемо биографичен. Пьеса пишется Максудовым для Независимого театра, которым руководят две легендарные личности -- Иван Васильевич и Аристарх Платонович. Отсыл к Художественному театру и двум крупнейшим русским театральным режиссерам 20 века, Станиславскому и Немировичу-Данченко, легко узнаваем. Роман исполнен любви и восхищения людьми театра, но и сатирически описывает и сложные характеры тех, кто творит театральное волшебство, и внутритеатральные перипетии ведущего театра страны.

Почти одновременно с «Днями Турбиных» Булгаков написал трагифарс «Зойкина квартира» (1926). Сюжет пьесы был весьма актуален для тех лет. Предприимчивая Зойка Пельц пытается скопить денег на покупку заграничных виз для себя и своего любовника, организуя подпольный бордель в собственной квартире. В пьесе запечатлен резкий слом социальной реальности, выраженный в смене языковых форм. Граф Обольянинов отказывается понять, что такое «бывший граф»: «Куда же я делся? Вот же я, стою перед вами». Он с демонстративным простодушием не принимает не столько «новые слова», сколько новые ценности. Блистательное хамелеонство обаятельного проходимца Аметистова, администратора в зойкином «ателье» составляет разительный контраст не умеющему применяться к обстоятельствам графу. В контрапункте двух центральных образов, Аметистова и графа Обольянинова, проступает глубинная тема пьесы: тема исторической памяти, невозможности забвения прошлого.

За «Зойкиной квартирой» последовал направленный против цензуры драматический памфлет «Багровый остров» (1927). Пьесу поставил А. Я. Таиров на сцене Камерного театра, но она продержалась совсем недолго. Сюжет «Багрового острова» с восстанием туземцев и «мировой революцией» в финале, обнаженно пародиен. Булгаковский памфлет воспроизводил типичные и характерные ситуации: пьеса о восстании туземцев репетируется режиссером-приспособленцем, с готовностью переделывающим финал в угоду всесильному Савве Лукичу (которого в спектакле делали похожим на известного цензора В. Блюма).

Казалось бы, удача сопутствовала Булгакову: на «Дни Турбиных» во МХАТе невозможно было попасть, «Зойкина квартира» кормила коллектив театра им. Евг. Вахтангова, и лишь по этой причине ее вынуждена была терпеть цензура; о смелости «Багрового острова» восхищенно писала зарубежная печать. В театральном сезоне 1927-28 Булгаков -- самый модный и преуспевающий драматург. Но время Булгакова-драматурга обрывается столь же резко, как и прозаика. Следующая пьеса Булгакова «Бег» (1928), на сцену уже не вышла.

Если «Зойкина квартира» рассказывала о тех, кто остался в России, то «Бег» -- о судьбах тех, кто ее покинул. Белый генерал Хлудов (у него был реальный прототип -- генерал Я. А. Слащов), во имя высокой цели -- спасения России -- пошедший на казни в тылу и оттого теряющий рассудок; лихой генерал Чарнота, с одинаковой готовностью бросающийся в атаку и на фронте, и за карточным столом; мягкий и лиричный, как Пьеро, университетский приват-доцент Голубков, спасающий любимую женщину Серафиму, бывшую жену бывшего министра, -- все они очерчены драматургом с психологической глубиной.

Верный заветам классической русской литературы 19 века, Булгаков не окарикатуривает своих героев. Несмотря на то что персонажи совсем не рисовались людьми идеальными, они вызывали сочувствие, а ведь среди них было немало недавних белогвардейцев. Никто из ее героев не рвался обратно на родину, чтобы «принять участие в построении социализма в СССР», -- как советовал окончить пьесу Сталин. Вопрос о постановке «Бега» четырежды рассматривался на заседаниях Политбюро. Второго появления белого офицерства на сцене власти не допустили. Так как писатель к советам вождя не прислушался, пьеса впервые была поставлена только в 1957 и не на столичных подмостках, а в Сталинграде.

1929 год, год сталинского «великого перелома», ломал судьбы не только крестьянству, но и любым еще сохранившимся в стране «единоличникам». В это время со сцены были сняты все пьесы Булгакова. В отчаянии Булгаков 28 марта 1930 направил письмо правительству, в котором говорилось о «глубоком скептицизме в отношении революционного процесса», происходящего в отсталой России, и признается, что «попыток сочинить коммунистическую пьесу даже не производил». В конце письма, исполненного подлинно гражданского мужества, была настоятельная просьба: или отпустить за границу, или дать работу, иначе «нищета, улица и гибель».

Его новая пьеса называлась «Кабала святош» (1929). В центре ее коллизия: художник и власть. Пьеса о Мольере и его неверном покровителе Людовике XIV прожита писателем изнутри. Высоко ценящий искусство Мольера король лишает тем не менее покровительства драматурга, осмелившегося высмеять в комедии «Тартюф» членов религиозной организации «Общество святых даров». Пьеса (под названием «Мольер») в течение шести лет репетировалась МХАТом и в начале 1936 вышла на подмостки, чтобы после семи представлений быть снятой с репертуара. Более ни одной из своих пьес Булгаков на сцене театра не увидел.

Результатом же обращения к правительству стало превращение свободного литератора в служащего МХАТа (за границу писателя не выпустили, несмотря на то что в это же время был разрешен отъезд другому писателю-диссиденту Е. И. Замятину). Булгаков был принят во МХАТ на должность ассистента режиссера, ассистировал в постановке по собственной инсценировке гоголевских «Мертвых душ». Ночами же сочиняет «роман о дьяволе» (таково первоначально видел роман Булгаков о «Мастере и Маргарите»). Тогда же появилась и надпись на полях рукописи: «Дописать прежде, чем умереть». Роман уже тогда осознавался автором как главное дело его жизни.

В 1931 Булгаков была закончена утопия «Адам и Ева», пьеса о будущей газовой войне, в результате которой в погибшем Ленинграде в живых осталась лишь горстка людей: фанатичный коммунист Адам Красовский, чья жена, Ева, уходит к ученому Ефросимову, сумевшему создать аппарат, облучение которым спасает от гибели; беллетрист-конъюнктурщик Пончик-Непобеда, создатель романа «Красные зеленя»; обаятельный хулиган Маркизов, поглощающий книги подобно гоголевскому Петрушке. Библейские реминисценции, рискованное утверждение Ефросимова о том, что все теории стоят одна другой, а также пацифистские мотивы пьесы привели к тому, что «Адам и Ева» также не была поставлена при жизни писателя.

В середине 1930-х Булгаков написал еще драму «Последние дни»(1935), пьесу о Пушкине без Пушкина, комедию «Иван Васильевич» (1934-36) о грозном царе и дураке-управдоме, из-за ошибки в работе машины времени поменявшимися веками; утопию «Блаженство» (1934) о стерильном и зловещем будущем с железно распланированными желаниями людей; наконец, инсценировку сервантесовского «Дон-Кихота» (1938), превратившуюся под пером Булгакова в самостоятельную пьесу.

Булгаков выбрал труднейший путь: путь личности, твердо очерчивающей границы собственного, индивидуального бытия, стремлений, планов и не намеренной покорно следовать навязываемым извне правилам и канонам. В 1930-е годы драматургия Булгакова так же неприемлема для цензуры, как и ранее -- его проза. В тоталитарной России темы и сюжеты драматурга, его мысли и его герои невозможны. «За семь последних лет я сделал 16 вещей, и все они погибли, кроме одной, и та была инсценировка Гоголя! Наивно было бы думать, что пойдет 17-я или 18-я», -- пишет Булгаков 5 октября 1937 В. В. Вересаеву.

просмотров

Сохранить ВКонтакте